7 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Тараскин Павел: «Мне не страшно умирать за Родину…»

Тараскин Павел: «Мне не страшно умирать за Родину…»

Тараскин Павел Андреевич — активный участник партийного подполья на Украине, секретарь Малинского подпольного обкома КП(б)У Житомирской области.

Родился 18 августа 1910 года в селе Старочернеево Шацкого района Рязанской области в крестьянской семье. Русский. Член ВКП(б) с 1939 года.

В Красной Армии с 1928 года. Принимал участие в боях против басмачей в Средней Азии. Там и продолжал военную службу. В 1938 году П.А. Тараскина переводят в войска Киевского Особого округа. Работал в политотделе 87-й стрелковой дивизии, в её составе принимал участие в освободительном походе в Западную Украину в должности инструктора политотдела по пропаганде и агитации. Вместе с этой дивизией в 1939-1940 годах принимал участие в боевых действиях во время финляндско-советского вооружённого конфликта.

Когда началась Великая Отечественная война, старший лейтенант П.А. Тараскин находился на службе в одном из укрепрайонов Западного фронта. Попал в окружение. Вырвавшись из фашистского плена, П.А. Тараскин вернулся в город Малин (Житомирская область), где жили родители его жены, и устроился на работу на немецкий радиоузел. Здесь он создал подпольную организацию, партийное ядро которой со временем стало Малинским подпольным райкомом КП(б)У. Активной помошницей П.А. Тараскина была комсомолка Нина Ивановна Соснина.

Чтобы добыть оружие, секретарь подпольного райкома партии П.А. Тараскин послал на работу в полицию двух подпольщиков. Через некоторое время они тайком вынесли со склада полиции 30 винтовок, 6 ручных пулемётов, 4 ящика взрывчатки и много патронов.

Весной 1942 года Малинская подпольная организация насчитывала в своих рядах 40 человек. В мае 1942 года райком КП(б)У создал подпольные группы в селах: Барановка, Пирожки и Головки, а в июне 1942 года была создана Малинская диверсионная группа. По делам радиоузла П.А. Тараскин часто ездил и Житомир. Там он встретился с секретарём Житомирского подпольного обкома партии, после чего систематически поддерживал постоянную связь с обкомом.

Малинский подпольный райком проводил большую агитационно-массовую работу среди населения. Работая на радиостанции, П.А. Тараскин имел возможность систематически принимать и записывать сводку Совинформбюро, призывы партии и правительства. Потом подпольщики размножали их от руки, часть перепечатывали на машинке и распространяли среди населения. Патриоты распространяли также листовки, получаемые из партизанских отрядов.

Под руководством райкома партии подпольные организации проводили диверсионную работу. Их силами на перегоне Тетерев-Ирша было пущено под откос 2 вражеских эшелона, разрушен маслозавод на железнодорожной станции Ирша, сожжён лесозавод, уничтожены деревянные мосты на шоссейных дорогах района. Подпольщики занимались также сбором оружия, боеприпасов и переправляли их в партизанские отряды Житомирской области. Особенно большое количество оружия передала Барановская подпольная группа. Имея постоянную связь с партизанскими отрядами, подпольная организация готовила и переправляла людей в партизанские отряды, оказывала медицинскую помощь партизанам.

Особым мужеством и храбростью отличился сам секретарь Малинского подпольного райкома КП(б)У. В январе 1943 года гестаповцам удалось арестовать почти всё партийное ядро подполья, в том числе и П.А. Тараскина. После страшных пыток 22 января 1943 года Павел Андреевич Тараскин был расстрелян.

Перед расстрелом он тайком передал записку Н.И. Сосниной. Там было написано: «К тебе обращаю мои последние слова: мне не страшно умирать за Родину. В застенках гестапо последние дни своей жизни я доживаю гордо и смело. Не падайте духом, мужайтесь. Бейте врага на каждом шагу, мстите за нас. Верим: победа скоро придёт. Прощайте, дорогие друзья!»

Похоронен в центральном парке города Малина (Житомирская область).

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1965 года за особые заслуги, мужество и героизм, проявленные в борьбе против немецко-фашистских захватчиков в период Великой Отечественной войны секретарю Малинского подпольного райкома КП(б)У Павлу Андреевичу Тараскину посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Говорят погибшие герои. Предсмертные письма борцов с фашизмом (34 стр.)

Сохранилось письмо Валерии в Москву матери Анне Ильиничне перед отправкой в тыл врага. «Ответа от тебя я больше уже, наверное, не получу, — писала она, — потому что еду на задание. Ты сама понимаешь, что это связано с большими трудностями, которые надо преодолеть, и, конечно, надо быть готовой ко всему. Я все как следует обдумала, решила, что мне это под силу, и постараюсь выполнить задание с честью… Хотя и очень опасно, но думать о смерти не хочется. Хочется жить, работать, любить. И когда так думаешь, мысль о смерти уходит назад. Я знаю: смелый человек только один раз умирает, а трус много раз».

Твердая убежденность в правильности избранного пути, добровольное решение идти в тыл врага и сделать все возможное для победы — только это определяло всю последующую жизнь Валерии и ее отважных подруг.

Вот несколько донесений, переданных группой «Вера» армейскому командованию.

«Я Вера. В квадрате 0480 «Г» в роще на правом берегу реки Черехи крупный склад горючего противника…»

«Я Вера. Здесь, Карамышево-Вешки, большое скопление воинских эшелонов, идущих на Ленинград…»

«Квадрат 0884 «Д» в Крестах — аэродром боевых самолетов. Квадрат 0884 «Г» в Крестах — склад авиабомб…»

«Я Вера. После налетов нашей авиации возникли очаги пожара…»

Подобные донесения, добытые с большим риском, помогали наносить врагу более ощутимые удары, и это наполняло сердца разведчиц радостью.

В сентябре 1942 года в связи с очередной регистрацией населения их вызвали в комендатуру и там задержали, так как у них в паспортах не оказалось какой-то отметки. Первоначально, не имея против девушек никаких улик, их содержали в абверкоманде № 304 на Крестьянской улице, где жандармы занимались проверкой подозрительных лиц и документов, перевербовкой пойманных или перешедших к ним на службу людей. Режим там был свободней, чем в тюрьме, и разведчицы готовились к побегу. Но неожиданно все рухнуло. В абвер-команду привезли женщину, которая хорошо знала Валерию. Не выдержав пыток, на первом же допросе она назвала подлинную фамилию Валерии и показала, что Патковская является руководителем группы разведчиц. На следующий же день Патковскую и двух ее подруг перевели в гестаповскую тюрьму на Некрасовской улице и заключили в камеру № 1.

Читать еще:  Как матрос Алдар Цыденжапов спас 300 человек экипажа и эсминец

Начались новые допросы и пытки. Следствие велось в помещении полевой жандармерии, в доме № 2 по Комиссаровскому переулку. Девушек подвешивали, жгли раскаленными прутьями, били самым зверским образом, но они твердо повторяли то, что сообщили при первом допросе. Не добившись новых показаний, гитлеровцы расстреляли Валерию Патковскую, Анфису Горбунову и Валентину Голубеву под Псковом, в районе деревни Пески.

Записка трех юных героинь опубликована в книге И. В. Соболева «Группа «Вера»» (М., 1960, стр. 3).

ПИСЬМА ЧЛЕНОВ ПОДПОЛЬНОЙ КОМСОМОЛЬСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ В ГОРОДЕ ХОТИНЕ

Не позднее 24 октября 1942 г.

ПИСЬМО К. ГАЛКИНА СЕСТРЕ

Прошу тебя, передай это письмо, которое запечатано, Любе. Но прошу не распечатывать. Прошу взять у нее ответ и послать мне или в повидле, или зашей в чем-нибудь, безразлично какой величины оно будет. Дорогая Муся, я получил повидло и благодарю за него. Прошу — не стыдитесь, что я в тюрьме, я не злодей, а попался злодеям в руки. Хотя я буду убит, вы не плачьте, а гордитесь своим сыном, погибшим за Родину.

Дорогая сестра, я живу весело и не журюсь ничем, если есть что кушать, а о смерти и думать не хочу, потому что она мне не страшна. Время приближается веселое, если буду убит, то буду в почете и вы также будете в почете жить, а если буду жив, то буду человеком.

Прошу, не рассказывайте, что я пишу, потому что это опасно. Прошу, напиши мне, кто служил парастос о нас, меня очень удивило это.

Спасибо вам, что вы обо мне не забыли, если меня не убьют, я вас отблагодарю.

Напиши, кто радуется моей беде. Если кто-нибудь смеется над вами, не обращайте внимания и ничего не отвечайте.

Мне очень хорошо, я не журюсь ни о чем, только о своей Стране… Прошу успокаивать маму, чтобы не плакала и не печалилась. Мне не страшно умирать за Родину.

Горячий привет маме и всем знакомым.

ПИСЬМО Н. САЛТАНЧУКА МАТЕРИ

Я получил 4 каравая хлеба, 3 куска свиного сала, помидоры и яблоки и одежду. Спасибо за заботу, и если вам не трудно, то принесите шапку.

Не сердитесь, что я в тюрьме. Приносите почаще еду, хотя бы раз в неделю, и принесите носки.

Пусть придет ко мне тетя и принесет поесть.

Желаю всем здоровья.

Напишите, как живет Саша

Желаю крепкого здоровья.

ЗАПИСКА В. МАНЧЕНКО РОДНЫМ

Дорогая мама, дорогие мои братья Сергей, Женя, Коля и сестра Рая. Целую вас в последний раз.

Советская власть установилась в Буковине незадолго перед войной. 28 июня 1940 года ее трудящиеся воссоединились со своими братьями на востоке. Казалось, навсегда ушли в прошлое нужда и голод для жителей этой древней украинской земли. Но не прошло и года, как фашисты вторглись на нашу землю. 6 июля 1941 года город Хотин, Черновицкой области, был занят румыно-фашистскими оккупантами. Они рассчитывали,

что Буковина будет для них спокойным тылом. Но не было покоя оккупантам на буковинской земле. В августе 1941 года комсомольцы Хотина создали подпольную организацию. Руководителем ее избрали 17-летнего комсомольца Кузьму Галкина. Родился он в 1924 году в семье русского рабочего Ивана Галкина. После смерти отца в 1938 году Кузьма поступил учеником в сапожную мастерскую. Тяжелым и безрадостным было детство украинских ребят в боярской Румынии. Когда в Буковине установилась Советская власть, Кузьма вступил в комсомол и стал учиться в вечерней школе. Перед молодежью открылась новая жизнь. Но война спутала все планы…

В штаб подпольной комсомольской организации вошли: 19-летний Владимир Манченко, Александр Непомнящий (ему исполнился 21 год), серьезный и молчаливый 19-летний Дмитрий Семенчук и 18-летний Николай Салтанчук. Начальником штаба назначили энергичного и волевого Владимира Манченко. Заседания штаба проходили в доме Галкина и в развалинах Хотинской крепости.

Свою деятельность подпольщики начали с распространения листовок, которые писались от руки и подписывались ШПО (штаб подпольной организации). Они призывали не верить фашистской пропаганде, звали на борьбу с ненавистным врагом.

Первой крупной операцией комсомольцев был срыв праздничной манифестации, посвященной захвату германской и румынской фашистскими армиями Одессы, которую оккупационные власти назначили на 18 октября 1941 года.

По приказу Антонеску в этот день полиция должна была собрать все население Хотина на площади. И вот накануне такого «празднования» на зданиях, заборах и телеграфных столбах появились написанные от руки листовки, призывавшие сорвать манифестацию, взяться за оружие и бороться. В день 18 октября улицы Хотина были пустынны. Несмотря на все старания жандармов, на площадь никто не пришел.

Это была победа. Организация стала расти. В нее вступили Алексей Бондарчук — электротехник на сахарном заводе в Зарожанах, чернорабочий Антип Осипов, сапожник Ефим Решетник, Иван Чеботарь, который при отступлении советских войск записался добровольцем, сражался, но потом попал в окружение и вернулся в Хотин, Михаил Фостий, Александр Галиц, Николай Тамполар, Александр Герасимов, Владимир Звенигородский, Иван Трофа и др. Активно помогали им родственники комсомольцев.

Осенью 1941 года подпольщики раздобыли радиоприемник и установили его в погребе Семенчука. С помощью Михаила Фостия, работавшего секретарем в Рукшинской примарии (управе), им удавалось печатать листовки на имевшемся там шапирографе. В день 24-й годовщины Октябрьской революции они вывесили красный флаг на шпиле ратуши, где помещалась городская управа.

В ночь под новый, 1942 год был взорван склад боеприпасов. Под 1 Мая, несмотря на усиленную охрану, на телеграфных проводах появилось более 20 красных флажков; регулярно перерезались телеграфные и телефонные провода, связывающие Хотин с Черновцами и районом.

В 1942 году, когда советские войска отражали атаки рвавшихся к Волге фашистских армий, оккупационные власти усилили репрессии против подпольщиков. Гитлеровцы боялись советских патриотов и сотнями тысяч сгоняли их в концентрационные лагеря. Оккупантам удалось ликвидировать ряд подпольных организаций в Черновцах и Черновицкой области.

Летом 1942-го в организацию проник провокатор. 6 августа начались аресты. Было арестовано 16 наиболее активных ее членов. При обысках на квартирах у подпольщиков нашли советскую литературу, оружие, а в доме Семенчука — переносной радиоприемник. После пыток в хотинской полиции патриотов перевели в черновицкую тюрьму. Дело о хотинском подполье передали в черновицкий инспекторат полиции. Ходом следствия интересовался даже главарь румынских фашистов Антонеску. 28 августа 1942 года в секретном распоряжении румынской генеральной дирекции полиции областному инспектору полиции в Черновцах указывалось: «Имеем честь сообщить Вам, что господин маршал Антонеску постановил, что украинские коммунисты Галкин Кузьма, Манченко Владимир и остальные, арестованные в Хотине, должны быть осуждены в течение 10 дней и должны быть присуждены к высшей мере наказания».

Читать еще:  Комиссия по исследованию новых немецких танков » Военные люди

ЛитЛайф

Жанры

Авторы

Книги

В продаже

Серии

Форум

Борщаговский Александр Михайлович

Книга «Говорят погибшие герои. Предсмертные письма борцов с фашизмом»

Оглавление

Читать

Помогите нам сделать Литлайф лучше

ПИСЬМА ЧЛЕНОВ ПОДПОЛЬНОЙ КОМСОМОЛЬСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ В ГОРОДЕ ХОТИНЕ

Не позднее 24 октября 1942 г.

ПИСЬМО К. ГАЛКИНА СЕСТРЕ

Прошу тебя, передай это письмо, которое запечатано, Любе. Но прошу не распечатывать. Прошу взять у нее ответ и послать мне или в повидле, или зашей в чем-нибудь, безразлично какой величины оно будет. Дорогая Муся, я получил повидло и благодарю за него. Прошу — не стыдитесь, что я в тюрьме, я не злодей, а попался злодеям в руки. Хотя я буду убит, вы не плачьте, а гордитесь своим сыном, погибшим за Родину.

Дорогая сестра, я живу весело и не журюсь ничем, если есть что кушать, а о смерти и думать не хочу, потому что она мне не страшна. Время приближается веселое, если буду убит, то буду в почете и вы также будете в почете жить, а если буду жив, то буду человеком.

Прошу, не рассказывайте, что я пишу, потому что это опасно. Прошу, напиши мне, кто служил парастос о нас, меня очень удивило это.

Спасибо вам, что вы обо мне не забыли, если меня не убьют, я вас отблагодарю.

Напиши, кто радуется моей беде. Если кто-нибудь смеется над вами, не обращайте внимания и ничего не отвечайте.

Мне очень хорошо, я не журюсь ни о чем, только о своей Стране… Прошу успокаивать маму, чтобы не плакала и не печалилась. Мне не страшно умирать за Родину.

Горячий привет маме и всем знакомым.

ПИСЬМО Н. САЛТАНЧУКА МАТЕРИ

Я получил 4 каравая хлеба, 3 куска свиного сала, помидоры и яблоки и одежду. Спасибо за заботу, и если вам не трудно, то принесите шапку.

Не сердитесь, что я в тюрьме. Приносите почаще еду, хотя бы раз в неделю, и принесите носки.

Пусть придет ко мне тетя и принесет поесть.

Желаю всем здоровья.

Напишите, как живет Саша

Желаю крепкого здоровья.

ЗАПИСКА В. МАНЧЕНКО РОДНЫМ

Дорогая мама, дорогие мои братья Сергей, Женя, Коля и сестра Рая. Целую вас в последний раз.

Советская власть установилась в Буковине незадолго перед войной. 28 июня 1940 года ее трудящиеся воссоединились со своими братьями на востоке. Казалось, навсегда ушли в прошлое нужда и голод для жителей этой древней украинской земли. Но не прошло и года, как фашисты вторглись на нашу землю. 6 июля 1941 года город Хотин, Черновицкой области, был занят румыно-фашистскими оккупантами. Они рассчитывали,

что Буковина будет для них спокойным тылом. Но не было покоя оккупантам на буковинской земле. В августе 1941 года комсомольцы Хотина создали подпольную организацию. Руководителем ее избрали 17-летнего комсомольца Кузьму Галкина. Родился он в 1924 году в семье русского рабочего Ивана Галкина. После смерти отца в 1938 году Кузьма поступил учеником в сапожную мастерскую. Тяжелым и безрадостным было детство украинских ребят в боярской Румынии. Когда в Буковине установилась Советская власть, Кузьма вступил в комсомол и стал учиться в вечерней школе. Перед молодежью открылась новая жизнь. Но война спутала все планы…

В штаб подпольной комсомольской организации вошли: 19-летний Владимир Манченко, Александр Непомнящий (ему исполнился 21 год), серьезный и молчаливый 19-летний Дмитрий Семенчук и 18-летний Николай Салтанчук. Начальником штаба назначили энергичного и волевого Владимира Манченко. Заседания штаба проходили в доме Галкина и в развалинах Хотинской крепости.

Свою деятельность подпольщики начали с распространения листовок, которые писались от руки и подписывались ШПО (штаб подпольной организации). Они призывали не верить фашистской пропаганде, звали на борьбу с ненавистным врагом.

Первой крупной операцией комсомольцев был срыв праздничной манифестации, посвященной захвату германской и румынской фашистскими армиями Одессы, которую оккупационные власти назначили на 18 октября 1941 года.

По приказу Антонеску в этот день полиция должна была собрать все население Хотина на площади. И вот накануне такого «празднования» на зданиях, заборах и телеграфных столбах появились написанные от руки листовки, призывавшие сорвать манифестацию, взяться за оружие и бороться. В день 18 октября улицы Хотина были пустынны. Несмотря на все старания жандармов, на площадь никто не пришел.

Это была победа. Организация стала расти. В нее вступили Алексей Бондарчук — электротехник на сахарном заводе в Зарожанах, чернорабочий Антип Осипов, сапожник Ефим Решетник, Иван Чеботарь, который при отступлении советских войск записался добровольцем, сражался, но потом попал в окружение и вернулся в Хотин, Михаил Фостий, Александр Галиц, Николай Тамполар, Александр Герасимов, Владимир Звенигородский, Иван Трофа и др. Активно помогали им родственники комсомольцев.

Осенью 1941 года подпольщики раздобыли радиоприемник и установили его в погребе Семенчука. С помощью Михаила Фостия, работавшего секретарем в Рукшинской примарии (управе), им удавалось печатать листовки на имевшемся там шапирографе. В день 24-й годовщины Октябрьской революции они вывесили красный флаг на шпиле ратуши, где помещалась городская управа.

В ночь под новый, 1942 год был взорван склад боеприпасов. Под 1 Мая, несмотря на усиленную охрану, на телеграфных проводах появилось более 20 красных флажков; регулярно перерезались телеграфные и телефонные провода, связывающие Хотин с Черновцами и районом.

В 1942 году, когда советские войска отражали атаки рвавшихся к Волге фашистских армий, оккупационные власти усилили репрессии против подпольщиков. Гитлеровцы боялись советских патриотов и сотнями тысяч сгоняли их в концентрационные лагеря. Оккупантам удалось ликвидировать ряд подпольных организаций в Черновцах и Черновицкой области.

Летом 1942-го в организацию проник провокатор. 6 августа начались аресты. Было арестовано 16 наиболее активных ее членов. При обысках на квартирах у подпольщиков нашли советскую литературу, оружие, а в доме Семенчука — переносной радиоприемник. После пыток в хотинской полиции патриотов перевели в черновицкую тюрьму. Дело о хотинском подполье передали в черновицкий инспекторат полиции. Ходом следствия интересовался даже главарь румынских фашистов Антонеску. 28 августа 1942 года в секретном распоряжении румынской генеральной дирекции полиции областному инспектору полиции в Черновцах указывалось: «Имеем честь сообщить Вам, что господин маршал Антонеску постановил, что украинские коммунисты Галкин Кузьма, Манченко Владимир и остальные, арестованные в Хотине, должны быть осуждены в течение 10 дней и должны быть присуждены к высшей мере наказания».

Читать еще:  Проект "Аввакум": удивительная история гигантского авианосца » Военные люди

В сентябре 1942 года военный трибунал 8-й пехотной румынской дивизии приговорил пятерых членов штаба организации: Кузьму Галкина, Владимира Манченко, Александра Непомнящего, Николая Салтанчука и Дмитрия Семенчука — к смертной казни. Шесть комсомольцев были осуждены на пожизненную каторгу и пятеро — к различным срокам каторжных работ.

В воскресенье 24 октября 1942 года в 7 часов утра на окраине черновицкого кладбища отважные комсомольцы были расстреляны.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1965 года Галкину Кузьме Ивановичу присвоено звание Героя Советского Союза.

Письмо Кузьмы Галкина из тюрьмы сестре Марии написано карандашом на листке из тетради, а Николая Салтанчука — на обертке от сигарет. Записка Владимира Манченко наспех набросана на кладбище перед расстрелом. Письма юных героев хранятся в Черновицком исто-рико-краеведческом музее, письмо К. Галкина опубликовано в книге М. Канюки, А. Набатчикова «Крепость» (М., 1958, стр. 56–58). Публикуемые фотографии молодых патриотов

Любовь, которую не убила война

Известие о начале войны застало Александру Лысякову в совсем юном возрасте. Восемнадцатилетняя Саша была полна мечтаний и стремлений, которыми живет девичья душа в этом возрасте. И, как это свойственно 18-летним девушкам, была влюблена. Избранником Александры стал молодой и красивый Алексей. Как всегда говорят про таких – первый парень на деревне. За ним бегали почти все сельские девушки деревни Маис (Пензенская область), но парню сразу же приглянулась белокурая, дерзкая Саша. Молодые люди собирались пожениться, когда пришло это ужасное известие, – началась война, фашисты собрались захватить нашу Родину.

О свадьбе речи уже не шло. Александра как комсомолка не видела для себя иного решения, кроме как пойти защищать Родину от врага. Она твердо решила для себя уйти добровольцем в армию. Алексей, которого тоже призвали одновременно с невестой, не отговаривал девушку, лишь сказал ей: «Мне не страшно умирать за Родину, зная что ты где-то рядом. Гораздо хуже было бы узнать, что ты меня не больше любишь». Молодые люди не стали долго прощаться, лишь пообещав друг другу, что на время войны у них одна любовь, – это Родина. Сначала нужно прогнать врага, а уже потом все остальное.

Александре нужно было прибыть на железнодорожную станцию «Ночки», где находился распределительный военный пункт. Из деревни Ключи до туда не ходил транспорт, поэтому девушка шла пешком порядка десяти километров. Хотя, на тот момент преодоление этого расстояния для Александры не было чем-то из ряда вон выходящим. Самое сложное началось на фронте. Сначала девушку, закончившую медицинские курсы, определили работать медсестрой. Сначала Саша расстроилась – ей казалось постыдным сидеть в теплой больнице, в то время как твои товарищи погибают на поле боя. Но представления Александры оказались далеки от реальности – ни о какой больнице не шло и речи, ей приходилось ползать по земле под пулями и среди взрывающихся бомб, унося из-под обстрела раненых солдат.

Невозможно передать словами, каких ужасов натерпелась молодая девушка, несмотря на свой бойкий характер. Некоторые раненые умирали у нее на руках. А однажды она тащила на себе солдата с почти оторванной ногой. Нести его было неудобно из-за его ранения – полуоторванная нога, державшаяся практически на одном куске мяса, постоянно цеплялась за землю, за кочки. Чтобы выбраться самой и спасти солдата, ей пришлось оторвать ногу до конца, но так как ножа у нее с собой не было, пришлось делать это зубами.

Позже Александру перевели в зенитчицы. Девушка, и без того бойкий характер которой к тому времени закалила война, бесстрашно и самозабвенно сражалась за Родину. Практически не спала, поскольку их полк постоянно бросали в атаку. Через год Саша научилась спать стоя. И даже через много лет после окончания Великой Отечественной войны не могла избавиться от этой привычки – лежа глаза просто не закрывались.

Когда победа уже была близка, Александра познакомилась с капитаном, которого прислали в их полк. Как только молодые люди увидели друг друга, они поняли, что их встреча случилась не просто так. Несмотря на тяжелые времена и обещание, данное Алексею, Саша отдалась новому чувству с головой. Через несколько месяцев после знакомства, еще будучи на войне, однополчане поженились. Слова, сказанные Алексеем, терзали Саше сердце, но она не могла пойти против своих чувств, настолько были сильны они. С огромным трудом девушка нашла контакты своего бывшего жениха. Оказалось, рядовой Алексей Куликов служит водителем, возит солдатам хлеб на «полуторке». «Прости меня, Алешенька, – писала Саша своему бывшему жениху. – Прости, если сможешь и забудь!». Но жизнь распорядилась иначе.

Александра прошла всю войну – дошла до Берлина и услышала известие о безоговорочной капитуляции Германских вооруженных сил уже у рейхстага. Они с мужем и другими солдатами танцевали, пели, размахивали советским флагом. «Ура! Война закончилась! Конец войне», – кричали военные, которые уже мысленно были дома и целовали измученные лица своих родных и близких.

Саша и ее новый муж приехали в Никольск – небольшой городок Пензенской области. Купили там небольшой домик, но прожили в нем недолго. Через несколько недель в дверь их дома постучались. Александра открыла дверь и увидела своего бывшего жениха Алексея. Тот рухнул на колени, держа в руках ружье. «Душа моя! – закричал он, – Я люблю тебя, и жизни мне без тебя нет. Если любишь – пошли со мной, а если нет – то возьми ружье и закончи меня». Что-то щелкнуло в тот момент в душе у Саши. Вспомнила она все: как мечтали они с Лешей в молодости о лучшей жизни, о семье, о детях. Подняла она его с колен и сказала: «Ну, что плачешь-то? Разве со слезами на глазах встречают счастье?».

В браке семья Куликовых прожила долгих 50 лет.

Наталья КНЯЗЕВА, специально для 63.ru

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector