8 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Танковый бой на Буйничском поле

Живые и мёртвые: немецкие танки на Буйничском поле

Я не жалел, что пошёл. У меня было мстительное чувство. Я был рад видеть наконец эти разбитые, развороченные немецкие машины, чувствовать, что вот здесь в них попадали наши снаряды…

Константин Симонов, «Разные дни войны»

Обстановка накануне

Первые недели Великой Отечественной войны. Сводки с фронтов, неполные и отрывочные, становятся всё более тревожными. Советские войска «после тяжёлых боёв с превосходящими силами противника» оставляют один город за другим.

Но вдруг в «Известиях» выходит статья «Горячий день», в которой читатели впервые видят панораму со множеством подбитых немецких танков. Стоящих на одном-единственном поле под Могилёвом. Статью об обороне полком Кутепова некого «города Д» написал Константин Симонов, а фотографировал подбитую технику Павел Трошкин. В связи с цензурой военного времени подробностей и особенно конкретного места случившегося боя Симонов привести не мог. Но опубликованные фото стали зримым доказательством того, что немцев можно бить — и их действительно бьют.

К 1 июля 1941 года войска Западного фронта пытались не допустить дальнейшего прорыва немцев на восток в междуречье Березины и Днепра. По итогам предыдущих боёв командующий войсками фронта генерал Павлов и начальник штаба Климовских были сняты и заменены на Ерёменко (будущего маршала) и Маландина.

Подступы к Могилёву защищал 61-й стрелковый корпус, подчинённый штабу 13-й армии.

Излюбленной немецкой тактикой в это время было выбить артиллерию обороняющихся ударами авиации. Авиация же нарушала работу штабов, бомбила аэродромы и дороги, отступающие части. Красноармейцы жаловались, что немцы бомбят каждую пушку, пулемёт и отдельную машину. Немцы, в свою очередь, недолюбливали нелётную погоду, при которой наступать сразу становилось труднее. Они же отмечали, что советская артиллерия, если её не подавить, напоминает ураганный огонь мировой войны (т. е. ПМВ), большая часть советских пехотинцев дерётся с большим фанатизмом, но сильно уступает в выучке, а командование слабое, особенно в среднем звене.

Что же в этой сложнейшей обстановке советское командование могло противопоставить немецкой тактике блицкрига?

План обороны

1 июля штаб 61-го стрелкового корпуса приказал командирам подчинённых артполков быть готовыми к отражению атак танков противника на Могилёв — со стороны Березино (с запада), Бобруйска (с юго-запада) и Рогачёва (с юга). Особое внимание уделялось двум последним направлениям.

Для борьбы с танками создавались специальные подвижные группы, включавшие стрелковую роту, взвод сапёров, не менее двух «сорокапяток» и одной 76-мм пушки. Артиллерия дивизий усиливала противотанковую оборону вдоль шоссе Бобруйск-Могилёв, а также принимала участие в создании подвижных групп.

По бронемашинам было приказано стрелять осколочно-фугасными гранатами, по танкам –бронебойными снарядами, а когда они кончатся – тоже осколочно-фугасными. Когда выяснится направление движения танков, дивизионная артиллерия обязана была маневрировать, усиливая оборону на опасном участке.

Последним пунктом приказа значилось:

«Любой ценой остановить танки и не пропустить их в Могилёв».

К этому времени плотность противотанковой обороны, прикрывающей Бобруйское и Минское шоссе, достигала 8–10 орудий на километр фронта, а на менее важных направлениях – 4–5 орудий. Всего в распоряжении обороняющих город войск имелось 44 орудия, 12 перебрасывалось на усиление из 340-го артполка, ещё 10 — бралось из артиллерии 394-го и 514-го полков. При этом снарядов у артиллеристов было немного – на важнейшем направлении в среднем 50 выстрелов на орудие, на остальных участках – 20–30.

К исходу 11 июля части 61-го стрелкового корпуса отбили первую атаку на Могилёв. Учитывая силы противника (до батальона пехоты), это, скорее всего, была разведка боем. На следующий день в атаку пошли немецкие танки из состава 3-й танковой дивизии генерала Моделя. В журнале боевых действий Западного фронта за 12 июля записана скупая фраза:

«61 ск вёл бой с частями противника, форсировавшими р. Днепр».

Согласно боевым документам противника, немецкие танки, наступая по лесным песчаным дорогам, частично оторвались от своей пехоты. Примерно к 7 часам утра немцы вышли к деревне Буйничи южнее Могилёва, где находились позиции 388-го стрелкового полка, поддерживаемого 340-м лёгким артиллерийским полком и другими частями.

По воспоминаниям командира батареи Василия Владимировича Лобкова,

«Немецкие танки выходили из леса и шли по Буйничскому полю, как на параде по три штуки. 1-я батарея после первых залпов по рубежам заградительного огня перешла на прямую наводку и била во фланг атакующим танкам и сопровождающей пехоты. Одновременно с нашим дивизионом включились в заградительный огонь другие батареи. Кроме того, немецкие танки наткнулись на наши минные поля, и атака захлебнулась. Один танк подошёл к самым окопам пехоты, но был подбит бойцом (фамилия не установлена) связкой гранат с четырьмя толовыми шашками…»

Противнику помешал и противотанковый ров, обходя который, танки наткнулись на мины и подставили борта пушкам. Как итог – неожиданные и болезненные для немцев потери.

Уже через два часа командир 24-го корпуса генерал Швеппенберг решил, что стоит попробовать атаковать в другом месте. А в 13 часов поступил приказ из штаба танковой группы немедленно прекратить наступление на Могилёв, переправиться через Днепр по понтонному мосту и наступать на восток. Как свидетельствует всё тот же Лобков,

Читать еще:  Дети Сталинграда » Военные люди

«Дня четыре или пять немцы не показывались, а затем с 8 утра до 16 часов атаковали небольшими силами (группами в 6–8 танков и пехотой) ежедневно. Все атаки мы отбили».

Танки на плёнке

Даже 18 июля 388-й полк с частями усиления, находясь в окружении, продолжал оборонять и укреплять предмостный Могилёвский участок — от Затишья до совхоза Буйничи. Но гораздо раньше, 13 июля, в полк приехали корреспонденты «Известий» — Симонов и Трошкин. Они долго колесили по фронтовым дорогам в поисках примера удачных боёв — и, наконец, нашли.

Но примчавшихся среди ночи на передовую непонятных людей первым делом под конвоем отправили в штаб. Выяснив ситуацию, командир 388-го стрелкового полка Семён Фёдорович Кутепов смягчился, рассказал о вчерашнем бое и даже разрешил журналистам переночевать в своей землянке, чтобы утром снять подбитую вражескую технику.

«При утреннем свете мы наконец увидели нашего ночного знакомого — полковника Кутепова. Это был высокий худой человек с усталым лицом, с ласковыми не то голубыми, не то серыми глазами и доброй улыбкой. Старый служака, прапорщик военного времени в Первую мировую войну, настоящий солдат, полковник Кутепов как-то сразу стал дорог моему сердцу».

Симонову понравилась созданная на Буйничском поле система обороны. Она напоминала позиции, оборудованные японцами на Халхин-Голе, включая глубокие окопы, прочные блиндажи, наблюдательные пункты и бесперебойную связь. Интересно, что даже немцы отметили профессионализм оборонявшихся у Буйничей советских частей, в особенности использование ими фланкирующих позиций.

Далее снова предоставим слово Симонову:

«Мы зашли на командный пункт батальона. Командир батальона капитан Гаврюшин был человек лет тридцати, уже два или три дня не бритый, с усталыми глазами и свалявшимися под фуражкой волосами… Мы сказали Гаврюшину, что, пока затишье, хотим заснять танки, видневшиеся невдалеке перед передним краем батальона. Отсюда была видна только часть сожжённых танков. Ещё несколько танков, как сказал нам Гаврюшин, было пониже, в лощине, метрах в пятидесятиста от остальных; отсюда их не было видно… Ход сообщения кончился у окопчиков боевого охранения, танки теперь были невдалеке — метрах в двухстах. Здесь, в этом месте, их было семь, и они стояли очень близко один от другого».

Сфотографированные Трошкиным подбитые боевые машины подорвали толом, и поэтому они так и остались на месте боя. По современным оценкам, всего на Буйничском поле было подбито не менее 18 танков (не считая бронетранспортёров). Два из них эвакуировали немцы, ещё два захватили красноармейцы и смогли оттащить к себе в тыл.

Дальше дороги журналистов и оборонявшихся у Могилёва воинов разошлись.

«Никто из них ещё не знал, что вынужденная остановка у моста, разрезавшая их колонну надвое, в сущности, уже разделила их всех, или почти всех, на живых и мёртвых».

Полковник Семён Фёдорович Кутепов, до конца выполнив воинский долг, пропал без вести. В обстановке лета 41-го года устанавливать судьбу погибших и заполнять документы было зачастую просто некому. Пропал без вести и командир 340-го артполка Иван Сергеевич Мазалов, сказавший при встрече Симонову:

«Пока есть снаряды, немцам в Могилёве не быть».

Кутепов позднее стал одним из прототипов героя романа Симонова «Живые и мёртвые» — полковника Серпилина.

Командир 1-й батареи 340-го лёгкого артиллерийского полка лейтенант Василий Владимирович Лобков первоначально тоже был признан пропавшим без вести. Позднее выяснилось, что 28 июля он при отступлении попал в плен. 25 апреля 1945 года он был освобождён американскими войсками в Баварии. Позднее Лобков смог рассказать о бое, в котором принимал участие.

Павел Артемьевич Трошкин первым из всех советских фотокорреспондентов сфотографировал подбитые немецкие танки, причём на нейтральной полосе, под огнём противника. За эти и другие отважные поступки он был представлен к ордену «Красное знамя» (и получил орден «Отечественной войны»). Трошкин погиб у города Станислав (ныне – Ивано-Франковск) в сентябре 1944 года.

Сейчас на Буйничском поле расположен один из самых красивых и ухоженных мемориалов Великой Отечественной войны.

Оборона Могилева: мифы Буйничского поля.

Во всех рассказах о боях на Буйничском поле под Могилевом основной упор делается на два факта: бой 12 июля 1941 года продолжался 14 часов, в ходе боя уничтожено 39 немецких танков. Цифры впечатляют. Правда в некоторых публикациях делаются оговорки: не танков, а бронетехники, не уничтожено, а подбито. Это, конечно, существенные дополнения и мы их потом обсудим.

Что касается официальных документов, то боевых донесений, журналов боевых действий о бое на Буйничском поле ранее не публиковалось, и только недавно, в последней своей книге, Н.Борисенко привел сохранившуюся в архиве оперсводку № 8 составленную в 21.40 12 июля 1941 года начальником штаба 388-го стрелкового полка капитаном С. Плотниковым. В ней говорится, что противник начал атаку в 6.30, а за день боя 12.07.1941 г. по неполным данным 388-м сп и приданными подразделениями подбито и сожжено 39 танков противника. О времени окончания боя упоминаний нет.

Тогда откуда взялась версия про 14-ти часовый бой? Скорее всего, всё пошло от К.Симонова, который 20 июля 1941 года в газете «Известия» опубликовал очерк «Горячий день». В этом очерке были следующие строки:

Напомню, что военный корреспондент К.Симонов не являлся свидетелем того боя, а картину его составил со слов участников событий. Вот как описывается в очерке начало боя: «В 3 часа 30 минут семьдесят немецких танков вышли на опушку и открыли ураганный огонь из орудий и пулеметов».

Читать еще:  Подвиг танкиста. Александр Михайлович Борисов

Как известно, в районе Могилева рассвет в это время года наступает в 4 часа утра. Получается, что всю ночь немцы по лесным дорогам выдвигались на исходные позиции, а потом ещё в полной темноте открыли ураганный огонь.Конечно, немцы не дураки и не стали среди ночи искать себе приключения в неизвестной местности. Как следует из журнала боевых действий 3-й танковой дивизии, боевая группа подполковника Мантойфеля начала выдвижение из района д.Красница в 4 часа по местному времени.

В этой связи не очень достоверным кажется и такой эпизод приведенный К.Симоновым:

Маловероятно, что немецкие танки скопились в лесу для атаки. Не очень это удобное место для танков , да еще и ночью. Да и вообще, немцы избегали без необходимости заходить в лес не только ночью, но и днем. Конечно, можно предположить, что речь идет о танках, которые находились где-то у Красницы. Но если вспомнить, что Красница была расположена в девяти километрах от наших артиллерийских позиций, то вряд ли был какой-то смысл заранее пристреливать эту местность, учитывая значительное рассеяние снарядов на таком расстоянии.

Но, допустим, что немцы действительно ночью забрались в лес. В таком случае попытаемся выяснить, сколько же танков могло там оказаться. Через леса по правую сторону от Бобруйского шоссе, по маршруту Красница- Гуслянка- Челновка –Тачки –Тумановка, выдвигалась к Могилеву 5-я танковая рота 6-го танкового полка, имевшая в тот день на ходу примерно 14 -15 танков. Получается, что на этом участке к началу атаки у немцев осталось в лучшем случае 8 танков, которые могли выйти из леса, но никак не 70, поскольку вторая группа немецких танков двигалась между железной дорогой на Жлобин и Бобруйским шоссе в направлении Селец- Буйничи. В первом эшелоне шла 7-я танковая рота имевшая также 14-15 танков. Двигались танки по открытой местности, потому как ни сейчас, ни семьдесят лет назад лесов между деревней Селец и Могилевом не наблюдалось.

Получается, что « семьдесят немецких танков вышли на опушку и открыли ураганный огонь из орудий и пулеметов» — это первый миф.

Как полковник Кутепов на Буйничском поле 12 июля 1941 г. остановил немецкую танковую дивизию

Летом 1941 г. немцы были полны сил и почти безостановочно катились на восток стремясь завершить войну за несколько недель.

Начальник Генерального штаба Вермахта 3 июля записал в дневнике:

«Не будет преувеличением сказать, что кампания против России выиграна в течение 14 дней».

Как окажется впоследствии, он сильно заблуждался. Советский Союз форсированно формировал все новые дивизии и отправлял их наносить контрудары.

Имеющиеся силы вели борьбу за выигрыш времени.

Удалось остановить противника не только на тактическом, но и на оперативном, а затем стратегическом уровне.

10 июля начнется упорное Смоленское сражение, которое растянется на два месяца.

В рамках тяжелейшего Смоленского сражения прошла оборонительная операция по защите Могилева.

46- й мотокорпус 2 -й танковой группы Гулериана вышел на подступы к Могилеву.

5 июля под командование штаба 61-го стрелкового корпуса генерал-майора Бакунина перешли три стрелковые дивизии: 53-я Бартенева, 110-я Хлебцева и 172-я Романова. В тот же день западнее Могилёва передовые отряды дивизий завязали бои с немцами.

7 июля 61-й стрелковый корпус (как и 20-й мехкорпус и 4-й воздушно-десантный корпус) подчинили штабу 13-й армии, который отступал из-под Молодечно. Об ожесточенности боёв говорит то, что командарм генерал-лейтенант Филатов в тот же день был смертельно ранен. Вместо него в командование вступил генерал-лейтенант Ремизов.

12 июля 1941 года 46- й мотокорпус начал наступление в район Горки, немцы сначала смогли окружить и рассеять 53-ю стрелковую дивизию. С севера на Могилёв отправили полк «Великая Германия».

3 -я танковая дивизия Моделя прорывалась к городу с юга вдоль шоссе, но наткнулась на 388-й стрелковый полк 172-й стрелковой дивизии. Обороной руководил полковник Кутепов.

К встрече с танками готовились, создали специальные противотанковые группы с двумя 45-мм и одной 76-мм полковой пушкой. Артиллерию они брали у стрелковых дивизий, артполки которых тоже встраивалась в систему противотанковой обороны.

Бронемашины планировали поражать осколочно-фугасными, а танки бронебойными и по их исчерпании осколочно-фугасными.

Артиллерия дивизии должна была усиливать опасное направление.

Плотность артгрупп прикрывающих опасные направления доходила до 10 орудий на км фронта.

Правда снарядов было не так много до 50 на ствол.

К 7 утра немецкие танки частично оторвавшись от пехоты вышли к деревне Буйничи и упёрлись в оборону 388-го стрелкового полка поддерживаемого лёгким артполком.

В минус немцам и в плюс советским войскам было Буйничское поле, оно хорошо простреливалась.

Результаты не замедлили сказаться, по немецким танкам шедшим рядами по три штуки во фланг открыла огонь артиллерия.

Кроме того, немцы объезжая противотанковый ров вышли прямо на минное поле, единственный танк прорвавшийся к окопам был подбит связкой гранат.

После тяжёлого боя длившегося 14 часов в районе Буйничи дивизия была отброшена. Красноармейцам удалось подбить 39 танков и бронемашин.

По воспоминаниям немецкого участника боя подбили 11 танков.

По советским данным на следующий день повторная атака за 10 часов боя успеха тоже не имела.

Хотя по данным Е. Белаша немцам хватило побиться головой в оборону одного неполного дня и уже к часу дня 12 июля поступил приказ из штаба танковой группы о прекращении наступления на Могилёв и наступлении на восток по другому пути.

Читать еще:  Штурмовик Пётр Потапов: "Ранен. Кровь за кровь, смерть за смерть! Да здравствует любимая Родина!"

По свидетельству участника боя 4-5 дней немцы не совались в бой, потом пошли в наступление мелкими группами, которые удалось отбить.

4 -й танковой дивизии же удалось прорваться в направлении Кричева.

14 июля передовой отряд 3 -й танковой дивизии обошел Могилев и взял Чаусы.

Окружение Могилёва состоялось. Тем не менее некоторое время он держался сковывая немецкие силы.

Полковник Кутепов пропал без вести прорываясь из окружения.

А тактическая победа на Буйничском поле сыграла мощным воодушевляющим фактором в те тяжёлые дни.

Известный советский писатель Константин Симонов был настолько потрясен этими событиями, что даже пройдя всю войну часто вспоминал тот бой. Согласно его завещанию его прах был развеян над тем самым полем.

20 июля была опубликована статья «Горячий день» в газете «Известия», где он рассказал о беспримерном бое красноармейцев.

Кроме того он увековечил полковника Кутепова в своем произведении «Живые и мертвые» под именем Серпилина. Точнее он стал одним из прототипов главного героя.

Сейчас на месте боёв стоит ухоженный мемориальный комплекс.

14 часов сложного боя и психическая атака немцев. Битва на Буйничском поле

Два дня до этого, 12 и 13 июля, у Кутепова шёл бой. По ржаному полю на наши позиции накатывали танки генерала Моделя.

Из открытых люков по пояс, словно дразня, торчали немецкие офицеры. За танками шла пехота с засученными рукавами. Не знали они, что грамотно выстроенную здесь оборону им просто с ходу не взять.

Николай Борисенко, руководитель Могилёвского областного историко-патриотического поискового клуба «Виккру»:
Почему Модель со своими танкистами не смог пробить оборону Могилева? Потому что полк Кутепова, 388-й стрелковый полк, закопался в землю почти весь состав, не менее 3,5 тысячи только стрелков. Стал в обороне именно на этом танкоопасном направлении, по которому шел Модель со стороны Бобруйска. И плюс артиллерия, которая на всю дальность могла поражать немецкие танки. Они вышли из леса, из-под Тумановки, и буквально на поле прошли метров 500, и их уже начали подбивать.

Кутеповцы свинцово стоят на своих местах. Насмерть. Этот бой, пожалуй, самый результативный и, пожалуй, самый ожесточенный в обороне Могилева.

На следующий день ,13-го, немцы предприняли психическую атаку. Пехота стройными колоннами пошла с развернутыми знаменами. Из той колонны захватчиков, которая лихо надвигалась с утра, уцелели немногие.

Анастасия Дехтяр, корреспондент:
Ночью после отражения психической атаки 45-летний Кутепов о произошедшем с мальчишеским задором рассказывает Константину Симонову:

«Вот говорят: танки, танки. А мы их бьем. Если пехота решила не уходить, никакие танки с ней ничего не смогут сделать. Можете мне поверить. Мы так уже решили между собой, чтобы то ни было, кто бы там не отступал, а мы стоим вот тут, у Могилева, и будем стоять. Пока живы…»

Анастасия Дехтяр:
14 июля на Буйничском поле стояла тишина. Работала немецкая похоронная команда. Кутеповцы не мешали. Большой участок на нейтральной полосе был заставлен березовыми крестами над немецкими могилами.

Читайте также:

«Всенародного характера партизанское движение на территории Беларуси не носило». Какие мифы пытаются внушить молодёжи о ВОВ

Какие мифы пытаются внушить молодежи о Великой Отечественной войне, рассказали в программе «Большой город».

Сергей Клишевич, депутат Палаты Представителей Национального собрания Республики Беларусь, первый секретарь Минского городского комитета ОО «БРСМ»:
Так как наше информационное поле сегодня подвержено разным вбросам, один из таких очень популярных вопросов – одинаковая ответственность за развязывание Второй мировой войны между Германией и Советским Союзом. Мы, конечно, все прекрасно знаем и понимаем, и документы это доказывают, что Германия напала, Германия развязала Вторую мировую войну, она напала на Советский Союз. Пытаются уравнять вину этих двух государств в том, что они развязали Вторую мировую войну и тут, конечно, это уже более геополитические вопросы.

Второй факт – это партизанское движение. Ставится под сомнение то, что якобы это были заброшенные из других территорий сюда люди, которые занимались решением каких-то политических задач. Некоторые занимались мародерством, грабили деревни, просто выживали, как могли, и какого-то всенародного характера это движение на территории Беларуси не носило, хотя, конечно, мы тоже все прекрасно понимаем, что это было всенародное движение, потому что там были и дети, и старики.

И подавляющее большинство наших жителей, большая часть территории Беларуси была захвачена партизанскими так называемыми зонами, свободными от захватчиков. Если бы это не носило всенародный характер, то было бы просто невозможно. Поэтому это тоже еще один из фактов, которые пытаются навязать.

Еще одна тема, которую тоже постоянно нам пытаются «влить» в наше общество, в головы нашей молодежи – это коллаборационисты. Ставится вопрос: может быть, все-таки, не совсем плохо они делали, может быть, ничего страшного, что они преподавали белорусский язык, несли белорусскую культуру под знаменами фашизма. Безусловно, вот этот факт тоже сегодня вызывает возмущение. Мы ни в коем разе, исключительно, мы сегодня видим, как поддерживаются наши национальные традиции, культура, но когда это делается под соусом фашизма, когда это делается с теми людьми, которые на то время убивали десятки тысяч мирных граждан, то никакого оправдания, никакой культурной и образовательной программы, это ничего скрыть невозможно. Мы должны этим людям дать четкую и однозначную оценку, что это предатели, и оценка должна быть дана им только такая. Никакого оправдания этому быть не может, потому что цена этому – миллионы белорусских жизней.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector