1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Первый танковый корпус атакует. Штурм Кенигсберга. 8 апреля 1945 года » Военные люди

Штурм Кёнигсберга – самая блистательная победа Красной Армии

Бесспорно, Берлин был главной целью Красной Армии. Да и союзники грезили о его взятии. Ведь в столице Германии проживало всё нацистское руководство, включая Гитлера, и располагались основные базы снабжения. Это был крупный транспортный узел, от которого шли все нити управления и сообщения. В Берлине и около него находились основные силы вермахта и СС. Кроме того, взятие Берлина – это престиж. Кто захватит город, тот и останется в истории главным победителем во Второй Мировой войны.

С точки зрения военного искусства взятие Берлина, конечно, сложная, но выполнимая операция. Это большой город, находящийся на равнине, где можно использовать крупные танковые и армейские подразделения. Пусть хорошо укрепленный, с сильным гарнизоном, но всё-таки город, без каких-либо особых естественных преград, небольшие реки за них не считаются. Берлин за всю историю брали штурмом десятки раз. Русская армия в 1760 году вообще захватила его лихим кавалерийским наскоком.

Конечно, гитлеровцы в 1945-м укрепили город, возвели баррикады, дома превратили в опорные пункты, сосредоточили крупные силы. Пожилых бюргеров и мальчишек загнали в батальоны фольксштурма, вооружив их старыми карабинами и фауспатронами. Но положение было безнадежным. Стоило превосходящим в технике и численности советским армиям прорвать фронт и по равнинам окружить город, он бы неминуемо пал. И баррикады, и ополченцы-фольксштурмовцы его бы не спасли.

Другое дело – цитадель германской военщины, Кёнигсберг. Это город-крепость, неприступная твердыня. Ещё в 1255 году тевтонские рыцари построили замок, как опорный пункт против славянских племен прусов. С тех пор Кёнигсберг был щитом и мечом германской политики в Восточной Европе. Здесь готовились офицерские кадры для Германии, здесь были лучшие в мире обучающие лагеря и полигоны для солдат. Отсюда шёл Drang nach Osten (Натиск на Восток). Литвины, поляки, русские, прибалты сотни раз пытались взять Кёнигсберг приступом, но неизменно отступали перед его неприступными бастионами. Лишь в 1758 году русские войска вошли в крепость. Причём без боя. Жители, охреневшие от налогов и податей, взимаемых королём Фридрихом II, добровольно сдали крепость, предварительно выторговав у императрицы Елизаветы все привилегии, которых их лишил скупердяй Фридрих.

Кёнигсберг – это неприступно девственная крепость. Здесь каждое здание строилось с учётом возможной обороны. Удобное географическое положение также мешало нападающим использовать численное превосходство. На модернизацию укреплений крепости денег никогда не жалели. На фортах Кёнигсберга десяток обороняющихся могли остановить сотню, а то и тысячу нападающих. В 1945 году оборона города состояла из трёх линий, кольцом опоясывавших Кенигсберг. Первая полоса опиралась на 15 крепостных фортов в 7-8 километрах от городской черты. Вторая оборонительная линия проходила по окраинам города. Её составляли группы зданий, подготовленных к обороне, железобетонные огневые точки, баррикады, сотни километров траншей, минные поля и проволочные заграждения. Третья полоса состояла из невероятно прочных крепостных фортов, равелинов, железобетонных сооружений, каменных зданий с бойницами. Она занимала большую часть города и его центр. Общая численность немецкого гарнизона, включая артиллерийские подразделения, городскую полицию и фольксштурм, составляла около 130 тысяч человек. Стоит отметить, что фольксштурмовцы Кёнигсберга – это не берлинские и прочие немецкие бюргеры, необученные и мало боеспособные. Кёнигсберских обывателей заставляли проходить военную подготовку с юных лет и до старости. По сути, там не было мирных мужчин. К тому же, гарнизон мог получить помощь от крупной немецкой группировки, засевшей на Земландском полуострове. Опираясь на сильные позиции, немцы рассчитывали удерживать Кёнигсберг до конца войны. По городу были расклеены плакаты «Слабая русская крепость Севастополь держалась 250 дней, а Кёнигсберг не будет сдан никогда».

И вот перед 3-м Белорусским фронтом, которым командовал маршал А.М. Василевский, заменивший погибшего генерала Черняховского, встала практически невыполнимая задача – взять этот самый неприступный Кёнигсберг.

Самый лучший стратег Советского Союза маршал Василевский еще в феврале-марте 45-го выбрал стратегию рассечения немцев на отдельные группировки с дальнейшим разгромом прижатого к морю врага по частям. Это было необходимо для высвобождения осаждавших их советских войск для других направлений, а также для предотвращения эвакуации морем дивизий из состава окружённых группировок. Немцев громили последовательным сосредоточением усилий, с постепенным высвобождением войск. Так разгром Хайлигенбайльского «котла» позволил высвободить 3-ю, 28-ю и 31-ю армии, и они вскоре приняли участие в Берлинской и Пражской операциях. И вот в апреле настал черёд расколоть твёрдый орешек Кёнигсберга.

Для штурма города-крепости советское командование сосредоточило четыре армии: 11-ю гвардейскую, 39-ю, 43-ю и 50-ю общевойсковые. При этом 39-й армии отводилась обеспечивающая роль: она должна была погасить активность Земландской группировки немецких войск, пытавшихся оказать помощь окруженному Кенигсбергу. То есть непосредственное участие в самом штурме приняли три армии численностью около 106 тысяч человек.

Василевский великолепно понимал, что превосходство в численности не сыграет решающую роль при штурме. Наоборот, слишком большие массы войск будут мешать друг другу. Поэтому главный упор был сделан на применении артиллерии, авиации и мобильных штурмовых отрядов. К Кёнигсбергу подтащили огромное количество артиллерии и самоходных орудий (САУ). Танки Т-34 загнали во второй эшелон, на передовой их заменили новейшие танки ИС-2. Для разрушения фортов использовались, в частности, 305-мм гаубицы образца 1915 г., доставшиеся Красной армии в наследство от Российской империи. Также в разрушении фортов участвовали 280-мм мортиры Бр-5, уже советской разработки.

Штурм Кёнигсберга был назначен на 6 апреля. Но перед этим со 2 числа советская артиллерия начала долбить по укреплениям. Четверо суток длился непрерывный артогонь. Гаубицы, пушки-гаубицы и тяжёлые минометы вели огонь по фортам, дотам, железобетонным убежищам и наблюдательным пунктам. Все эти объекты были замаскированы и накрыты многометровыми «подушками» земли, густой травой, кустарником, высокими деревьями. Поэтому 2 апреля отдельные батареи и дивизионы начали огнём снимать с целей маскировавшую их земляную подушку. С 3 апреля вступила в дело сверхтяжёлая артиллерия калибром в 203 миллиметра. К вечеру 5 апреля, когда канонада стала смолкать, новый тяжелый и ровный звук повис над полем боя. Это шли на Кёнигсберг бомбардировщики авиации дальнего действия. Они атаковали с воздуха морской порт, железнодорожный узел и другие важные военные объекты. Бомбёжка продолжалась всю ночь.

После войны комендант крепости Кёнигсберг Отто Ляш писал: « Волна за волной появлялись бомбардировщики противника, сбрасывая свой смертоносный груз на горящий, превратившийся в груды развалин город. Наша крепостная артиллерия, слабая и бедная снарядами, не могла ничего противопоставить этому огню, и ни один немецкий истребитель не показывался в небе. Зенитные батареи были бессильны против тучи вражеских самолетов. Все средства связи были сразу же уничтожены и лишь пешие связные пробирались на ощупь сквозь груды развалин к своим командным пунктам или позициям. Под градом снарядов солдаты и жители города забились в подвалы домов, скопившись в них в страшной тесноте».

6 апреля советские пехотные подразделения пошли на штурм. И тоже по-умному. Вначале по амбразурам фортов напрямую били САУ. Но даже они не могли пробить толстенные стены железобетона. Но зато под их прикрытием к фортам прорывались штурмовые отряды, состоящие из автоматчиков, сапёров и огнемётчиков. Сапёры закладывали тонны взрывчатки под стены бастионов и прокладывали путь пехоте.

8 апреля 11-я гвардейская армия, соединившись с передовыми частями 43-й армии, замкнула кольцо окружения, и положение крепости стало безнадежным.

В этот же день советские войска овладели северо-западной и южной частями города, портом и районом вокзала, форсировали реку Прегель. Позади советских войск оставался фортовой пояс, бои развернулись в самом городе. Германское командование теряло управление своими силами. «Всё чаще стали поступать сведения, что солдаты, укрывшиеся вместе с жителями в подвалах, теряют волю к сопротивлению. Кое-где отчаявшиеся женщины пытались вырывать у солдат оружие и вывешивать из окон белый флаг, чтобы положить конец ужасам войны». (Из воспоминаний Отто Ляша).

Однако утром 9 апреля боевые действия возобновились с прежней интенсивностью. Лишь вечером к советскому командованию были направлены парламентеры для переговоров о капитуляции. Ляш безоговорочно принял ультиматум и в 22.45 9-го апреля отдал приказ о немедленном прекращении сопротивления. За это разъяренный Гитлер заочно приговорил коменданта Кёнигсберга к смертной казни. Конечно, генерала, попавшего в советский плен, достать не могли, зато жену, дочерей и зятя посадили в гестапо.

Неприступная крепость Кёнигсберг была взята за 81 час штурма. « Подбитые орудия, сгоревшие автомашины, груды обломков преграждали путь. Отдельные здания еще горели. С треском разлеталась раскаленная черепица… На мостовой высились горы оружия: винтовки, автоматы, пулеметы, гранаты, патроны, пистолеты. Они, эти горы, росли на глазах. Всё новые и новые колонны гитлеровцев проходили мимо них, освобождаясь от теперь уже бесполезного груза ». (Из воспоминаний участника штурма А. Синицкого).

Читать еще:  Действия флотов. 8 апреля 1942 года » Военные люди

Погибло 42 тысячи немецких солдат, 93853 человека бросили оружие и подняли руки. Было захвачено более 2000 орудий, 1652 миномёта и 128 самолётов. Наши потери составили 3700 человек убитыми, более 14 тысяч раненными.

Это была блистательная победа! Взять штурмом неприступную крепость за трое с половиной суток! Причём штурмующие понесли гораздо меньшие потери, чем обороняющиеся. Аналогию можно провести лишь с взятием Измаила. И там, и там воевали по-суворовски: «не числом, а умением».

Наука

История

«Рухнули надежды Гитлера»: как был взят Кенигсберг

75 лет назад советские войска взяли штурмом Кенигсберг

9 апреля 1945 года войска 3-го Белорусского фронта под командованием маршала Александра Василевского после четырехдневного штурма овладели Кенигсбергом в Восточной Пруссии. Разъяренный потерей важнейшего форпоста Адольф Гитлер заочно приговорил коменданта крепости к смертной казни. РККА успешно решила задачу, которая 30 годами ранее оказалась не под силу царским генералам Павлу Ренненкампфу и Александру Самсонову. В 1946-м город и область переименовали в честь скончавшегося «президента» СССР Михаила Калинина.

Как Россия завоевала Кенигсберг в первый раз

Впервые русские войска вступили в Кенигсберг 22 января 1758 года во время Семилетней войны. По распоряжению Елизаветы Петровны город стал центром генерал-губернаторства Восточная Пруссия.

Указом императрицы первым русским генерал-губернатором «покоренных областей королевства Пруссии» был назначен Виллим Фермор, который, собственно, и взял Кенигсберг.

Через несколько дней граф уехал в действующую армию и уступил свое место барону Николаю Корфу, не умевшему, по воспоминаниям писателя Андрея Болотова, писать по-русски. Следующими генерал-губернаторами Восточной Пруссии с резиденцией в Кенигсберге являлись отец генералиссимуса Александра Суворова Василий, на суровость которого местное чиновничество жаловалось в Петербург, Петр Панин и Федор Воейков.

При нем русские войска были выведены из Восточной Пруссии: как известно, преклонявшийся перед прусским королем Фридрихом II российский император Петр III, вступивший на престол после смерти Елизаветы Петровны, поспешил вернуть своему кумиру утраченные территории и 5 мая 1762 году подписал Петербургский мир. Добровольный возврат земель сделал напрасными большие потери среди русских солдат и возмутил дворянские круги. Дни и без того непопулярного императора после такого «предательства» оказались сочтены: 10 июля (по нов. стилю) того же года произошел дворцовый переворот, в результате которого к власти пришла Екатерина II.

Военный парад перед отступлением

Российская монархия получила исторический шанс вновь присоединить часть уже объединенной Германии в начале Первой мировой войны. В августе 1914 года Русская императорская армия захватила часть Восточной Пруссии в ходе одноименной наступательной операции. Верховный главнокомандующий великий князь Николай Николаевич в своей директиве поставил перед Северо-Западным фронтом задачу нанести противнику решающее поражение.

Однако успешное начало кампании переросло в катастрофу. Как вспоминал позднее генерал-квартирмейстер штаба ВГК Юрий Данилов, командующий 1-й армией генерал Павел Ренненкампф, одержав несколько локальных побед над немцами и принудив их к отступлению, «приостановил свое наступление и обратил свое преимущественное внимание на крепость Кенигсберг».

«Вследствие такого бездействия германцы получили возможность уйти от преследования и оказались свободными в своих дальнейших решениях», — резюмировал Данилов.

В итоге немцы разбили противника по одиночке. Сначала в битве при Танненберге погибла 2-я армия, а ее командующий Александр Самсонов свел счеты с жизнью, а затем в Мазурском сражении потерпела поражение 1-я армия Ренненкампфа. После этого русские были вынуждены уйти из Восточной Пруссии, хотя казалось, что она уже у них в руках. Недаром ожесточенная борьба за должность генерал-губернатора еще до решающих боев развернулась между командующим фронтом Яковом Жилинским и генералом Павлом Курловым. Ввиду означенных событий, впрочем, вопрос отпал сам собой. Известно, что незадолго до самсоновской катастрофы Ставка сделала выбор в пользу Курлова, от которого ждали «введения в Восточной Пруссии строгого порядка».

Напоследок уцелевшие части провели парад в Инстербурге (ныне Черняховск), где находился штаб 1-й армии. В торжестве 5 сентября 1914 года принял участие высший генералитет и члены семьи Романовых. А в строю на площади находился будущий главнокомандующий белых войск в Крыму, кавалерист Петр Врангель. Он уже успел совершить подвиг и, как записал в своем дневнике Николай II, стал первым в войну Георгиевским кавалером среди офицеров. Прощаясь с войсками, командующий 1-й армией Ренненкампф поблагодарил их за верную службу и прокричал: «Вперед на Кенигсберг!»

30 лет спустя призыв генерала услышали потомки тех, кто расстрелял его за отказ сотрудничать с большевиками в 1918 году.

Новый приход русских в Восточную Пруссию

Покинув Инстербург 11 сентября 1914 года, русские солдаты вернулись в город 21 января 1945-го. А к апрелю создалась благоприятная обстановка для взятия Кенигсберга. Советским «наследником» Ренненкампфа было суждено стать маршалу Александру Василевскому, который в феврале 1945 года возглавил 3-й Белорусский фронт после гибели генерала армии Ивана Черняховского. В Первую мировую Василевский воевал на Юго-Западном фронте, но прекрасно чувствовал историческую значимость событий, в которых ему довелось поучаствовать.

«Восточная Пруссия давно была превращена Германией в главнейший стратегический плацдарм для нападения на Россию и Польшу, — писал маршал в своей книге «Дело всей жизни». — С этого плацдарма было совершено нападение на Россию в 1914 году.

Отсюда кайзеровские войска пытались нанести удар по Петрограду в 1918 году. Отсюда двинулись фашистские полчища в 1941-м.

На протяжении 1941-1945 годов Восточная Пруссия имела важное экономическое, политическое и стратегическое значение для немецкого верховного командования. Здесь в глубоких подземных убежищах под Растенбургом вплоть до 1944 года располагалась ставка Гитлера, прозванная самими фашистами Wolfsschanze («Волчья яма»). Овладение Восточной Пруссией — цитаделью германского милитаризма — составило важную страницу завершающего этапа войны в Европе».

По задумке немецкого командования Восточная Пруссия должна была прикрыть подступы к центральным районам Германии и потому была хорошо подготовлена к обороне. На ее территории нацисты возвели ряд сильных в инженерном отношении укреплений, модернизировали старые крепости. Все сооружения были прочно связаны между собой в фортификационном и огневом плане. Кроме того, обороне способствовали особенности рельефа Восточной Пруссии – озера, реки, болота и каналы, развитая сеть железных и шоссейных дорог и крепкие каменные постройки. По мнению маршала Василевского, к 1945 году восточнопрусские укрепленные районы и полосы обороны с включенными в них крепостями, сочетавшимися с естественными препятствиями, не уступали по своей мощи «линии Зигфрида», возведенной на западе Германии в 1936-1940 годах. Особенно сильно была развита в инженерном отношении оборона на основном для РККА направлении на Гумбиннен (современный Гусев), Инстербург и Кенигсберг.

Подготовка штурма

В столице Восточной Пруссии было создано три кольца обороны. В центре города находилась цитадель, имелись многочисленные военные арсеналы и склады. Кенигсбергская операция являлась частью более крупной Восточно-Прусской операции, начавшейся 13 января 1945 года. Преодолевая упорное сопротивление гитлеровцев, войска 3-го Белорусского фронта в конце января – начале февраля обошли Кенигсберг с севера и юга и расчленили восточно-прусскую группировку противника на три части.

Начались ожесточенные бои с целью уничтожения противника по частям.

Одновременно 1-й Прибалтийский фронт, обеспечивая фланг 3-го БФ, начал наступление с целью уничтожения мемельской группировки немцев. 28 января советские войска заняли Мемель (ныне Клайпеда). Развивая успех, силы 1-го ПФ ворвались на косу Куриш-Нерунг, 3 февраля вышли на Земландский полуостров и заняли гавань Кранц. Вскоре войска двух фронтов соединились.

К началу апреля у немцев оставался лишь один район Кенигсберга. Штурму города предшествовала длительная артподготовка со 2 по 5 апреля. Наконец, войска 3-го Белорусского фронта атаковали Кенигсберг.

Генерал Кузьма Галицкий, командующий 11-й гвардейской армией, принимавшей активное участие в штурме, вспоминал: «На рассвете 6 апреля Василевский отдал приказ начать наступление в 12 часов. Получив его, Военный совет армии предложил всем командирам и политорганам соединений и частей немедленно довести боевую задачу до всего личного состава первого эшелона и добиться полной ясности в ее понимании. Ровно в 9 часов артиллерия армии — 1500 орудий и минометов, в том числе 769 крупных калибров, — начала артиллерийскую подготовку.

Земля задрожала от гула канонады. Вражеские позиции по всему фронту прорыва закрыла сплошная стена разрывов снарядов.

Город заволокло густым дымом, пылью и огнем. Но это не мешало нашим артиллеристам бить по заранее намеченным целям. Огневой шквал длился ровно два часа. До 11 ч, как и предусматривалось планом, артиллерия 11-й гвардейской армии разрушала оборонительные сооружения и уничтожала живую силу и огневые точки врага. В 9 ч 20 мин армейская группа дальнего действия произвела огневой налет на немецкие батареи, а с 9 ч 50 мин до 11 ч 20 мин вела огонь по обнаруженным огневым позициям артиллерии и минометов».

Гитлер приговорил коменданта-капитулянта к смертной казни

Значительную роль в операции сыграли штурмовые отряды. Немцы оказывали упорное сопротивление, однако к исходу дня 39-я армия вклинилась в оборону противника на несколько километров и перерезала железную дорогу Кенигсберг — Пиллау. Через два дня советские войска захватили порт и железнодорожный узел города, промышленные объекты и отрезали гарнизон Кенигсберга от земландской группировки немцев.

Читать еще:  ОТ СОВЕТСКОГО ИНФОРМБЮРО 01 Января 1944 года

8 апреля немцам было предложено сдаться. Они отказались и продолжили сопротивление. Некоторые части гарнизона попытались отступить на запад, но были перехвачены 43-й армией. Тем не менее, как отмечал генерал Галицкий, во второй половине дня 9 апреля для кенигсбергского гарнизона сложилось совершенно безвыходное положение. Пленных становилось все больше. На некоторых участках немцы сдавались организованно целыми подразделениями. После того, как снаряды орудий и танков начинали рваться в комнатах домов, на чердаках и лестничных клетках, на балконах и в окнах появлялись белые флаги.

«8 апреля, стремясь избежать бесцельных жертв, я, как командующий фронтом, обратился к немецким генералам, офицерам и солдатам кенигсбергской группы войск с предложением сложить оружие. Однако фашисты решили сопротивляться. С утра 9 апреля бои разгорелись с новой силой. 5000 наших орудий и минометов, 1500 самолетов обрушили сокрушительный удар по крепости. Гитлеровцы начали сдаваться», — рассказывал в своем труде маршал Василевский.

Состоялись переговоры с командованием гарнизона. Комендант Кенигсберга Отто Лаш безоговорочно принял ультиматум и в 22 ч. 45 мин. отдал приказ о немедленном прекращении сопротивления. По словам возглавлявшего советскую группу парламентеров подполковника 11-й гвардейской армии Петра Яновского, немецкие штабные офицеры просили его защитить их от эсэсовцев, разъяренных решением о капитуляции. Еще более зол сдачей Кенигсберга был Адольф Гитлер, заочно приговоривший Лаша к смертной казни. Отдельные части действительно не подчинились приказу и продолжили сопротивление.

Чуть позже на допросе комендант рассказал:

«Солдаты и офицеры крепости в первые два дня держались стойко, но русские превосходили нас силами и брали верх. Они сумели скрытно сосредоточить такое количество артиллерии и самолетов, массированное применение которых разрушило укрепление крепости и деморализовало солдат и офицеров. Мы полностью потеряли управление войсками. Выходя из укрепления на улицу, чтобы связаться со штабами частей, мы не знали, куда идти, совершенно теряя ориентировку, настолько разрушенный и пылающий город изменил свой вид.

Никак нельзя было предполагать, что такая крепость, как Кенигсберг, столь быстро падет.

Русское командование хорошо разработало и прекрасно осуществило эту операцию. Под Кенигсбергом мы потеряли всю 100-тысячную армию. Потеря Кенигсберга — это утрата крупнейшей крепости и немецкого оплота на Востоке».

Последние очаги сопротивления немцев в Кенигсберге были ликвидированы 10 апреля. Город-крепость был взят в результате четырехсуточного штурма усилиями войск 43, 50-й и 11-й гвардейской армий и во взаимодействии со 2-й гвардейской, 5-й и 39-й армиями. На башню Дона краноармейцы водрузили Знамя победы. Весь 130-тысячный гарнизон Кенигсберга был уничтожен или захвачен в плен. В полночь Москва салютовала войскам 3-го Белорусского фронта.

11-я гвардейская армия сосредоточила свои усилия на уничтожении земландской группировки. 25 апреля пал портовый город Пиллау (современный Балтийск).

«Падение города и крепости Кенигсберг, а также крепости и стратегически важного порта на Балтийском море Пиллау явилось для гитлеровцев не только потерей важнейших опорных пунктов в Восточной Пруссии, но и прежде всего сильнейшим непоправимым моральным ударом, — констатировал генерал Галицкий в своей книге «В боях за Восточную Пруссию: Записки командующего 11-й гвардейской армией». — Рухнули последние надежды гитлеровского командования сохранить стратегический плацдарм на востоке, их надежды на возможность переброски части сил «центрального фронта» на берлинское направление и на сковывание наших войск на этом участке фронта. Важным итогом было и то, что наш Балтийский флот получил первоклассные военно-морские порты Кенигсберг и Пиллау, оборудованные для базирования и ремонта военных кораблей почти всех классов.

Это в значительной мере укрепило стратегические позиции нашего флота на Балтике, создало условия для использования наших морских сил в интересах советских войск, наступавших в Померании».

4 июля 1946 года, через месяц после смерти видного советского партийного и государственного деятеля, бывшего председателя Президиума Верховного Совета СССР Михаила Калинина, Кенигсберг переименовали в Калининград. Почти все жители немецкого происхождения были отправлены в Германию. Вместо них в город переселяли советских граждан из других регионов.

Идеальный штурм. Неприступный Кёнигсберг был взят за четыре дня

9 апреля 1945 года комендант Кёнигсберга Отто фон Ляш капитулировал перед войсками маршала Василевского.

Территория вечной войны

Среди наград, учреждённых в годы Великой Отечественной войны, есть только одна, которая посвящена взятию или освобождению не иностранной столицы, а взятию города-крепости. Речь идёт о медали «За взятие Кёнигсберга», которой были награждены 760 000 человек.

Взятие Кёнигсберга — одна из самых ярких страниц в истории завершающего этапа Великой Отечественной войны. Гитлеровское командование многократно заявляло о неприступности столицы Восточной Пруссии.

Этому региону руководство Третьего Рейха отводило особую роль в обороне Германии. Восточная Пруссия на протяжении столетий становилась ареной ожесточённых сражений, в результате чего на её территории было построено немалое количество мощных крепостей.

С приближением Красной Армии к границам Германии началась спешная работа по реконструкции старых крепостей с целью создания в регионе системы мощных укреплений, которые должны были остановить наступающие советские войска.

Немцы надеялись на повторение событий Первой мировой войны, когда в августе 1914 года в Восточной Пруссии была окружена и разгромлена 2-я русская армия, а остальные русские войска вынуждены были отступить.

Неизбежность штурма предопределило упрямство немцев

Начавшаяся в январе 1945 года Восточно-Прусская наступательная операция Красной Армии действительно была сложной, сопряжённой с тяжёлыми потерями, однако к началу весны стало очевидно, что удержать советские войска гитлеровцам не удалось.

Красная Армия всё сильнее прижимала противника к морю. Силы немцев были рассечены на несколько группировок, которые ликвидировались одна за другой.

В конце февраля ожесточённые бои развернулись в районе Земландского полуострова, где была сосредоточена крупная группировка вермахта. Советские войска пытались отрезать земландскую группировку от непосредственно Кёнигсберга.

Но мощный контрудар немцев позволил сорвать советское наступление и сохранить связь между группировкой на Земландском полуострове и столицей Восточной Пруссии.

Эта удача вермахта фактически предопределила судьбу Кёнигсберга. До того момента советское командование рассматривало возможность полной изоляции города вплоть до окончания войны (нечто похожее произошло с Курляндской группировкой вермахта), однако потенциальная опасность, исходящая от земландской группировки и Кёнигсберга заставила Красную Армию всерьёз взяться за ликвидацию этого очага сопротивления.

Город-бастион

Ещё летом 1944 года произошло событие, впоследствии осложнившее Красной Армии взятие Кёнигсберга. Особая 5-я группа ВВС Великобритании в ночь с 26 на 27 августа и в ночь с 29 на 30 августа 1944 года нанесла два мощных авиаудара по столице Восточной Пруссии. Удар пришёлся не на укрепления и военные объекты, а на жилые кварталы и исторический центр, которые были сильно разрушены. После этого настрой жителей Кёнигсберга сопротивляться до конца значительно укрепился.

И без того мощная крепость, Кёнигсберг с приближением к нему фронта ещё более укреплялся.

В крепости и на подступах к ней возводились укрепления полевого типа. Внешний обвод и первая позиция имели по две – три траншеи с ходами сообщения и укрытиями для личного состава. В 6–8 км к востоку от крепости они сливались в один оборонительный рубеж (шесть – семь траншей с многочисленными ходами сообщения на всём 15-километровом участке). На этой позиции насчитывалось 15 старых фортов с артиллерийскими орудиями, пулемётами и огнемётами, связанных единой огневой системой. Каждый форт был подготовлен для круговой обороны и фактически являлся крепостью с гарнизоном 250–300 человек. В промежутках между фортами размещалось 60 дотов и дзотов. По окраинам города проходила вторая позиция, включавшая каменные здания, баррикады, железобетонные огневые точки.

Третья линия обороны опоясывала центральную часть города, имея крепостные сооружения старой постройки. Подвалы больших кирпичных строений были связаны подземными ходами, а их вентиляционные окна приспособлены под амбразуры.

В крепости были большие подземные склады и арсеналы, а также подземные заводы, выпускавшие военную продукцию. Словом, в Кёнигсберге были созданы все условия для длительной обороны.

Русский ответ

Крепость обороняли подразделения вермахта и фольксштурма общей численностью, по разным оценкам, от 100 до 130 тысяч человек, имевшие на вооружении около 4000 тысяч орудий и миномётов, более 100 танков и 170 самолётов.

Интересно, что гитлеровское командование, вдохновляя своих солдат, апеллировало к… советскому опыту. «Русские, опираясь на слабые сухопутные укрепления Севастополя, защищали город 250 дней. Солдаты фюрера обязаны столько же времени продержаться на мощных укреплениях Кёнигсберга!», — восклицали нацистские пропагандисты.

Советская сторона нашла, что ответить — накануне штурма Кёнигсберга через радиоустановки на немецком языке прозвучала фраза: «Мы обороняли Севастополь 250 дней, а освободили за четыре…»

Задача по взятию Кёнигсберга была поручена 3-му Белорусскому фронту маршалу Александру Василевскому, вступившему в командование фронтом после гибели 18 февраля генерала армии Ивана Черняховского.

Для штурма Кёнигсберга была сосредоточена группировка войск численностью более 106 тысяч человек, 5200 орудий и миномётов, 538 танков и самоходных артиллерийских установок, 2174 самолётов.

Назначенный комендантом Кёнигсберга в январе 1945 года немецкий генерал Отто фон Ляш был уверен, что Кёнигсберг способен сдерживать натиск советских войск месяцами. На оборону города было мобилизовано почти всё местное мужское население, его улицы пестрели плакатами «Отстоим Кёнигсберг!».

Читать еще:  Бессмертный подвиг бойцов 365 зенитной батареи, под командованием Ивана Семеновича Пьянзина

План маршала Василевского

Замысел маршала Василевского заключался в том, чтобы мощными ударами с севера и юга по сходящимся направлениям рассечь силы гарнизона и штурмом овладеть городом. Очень важная роль отводилась артиллерии — более половины орудий, сосредоточенных под Кёнигсбергом, представляли собой тяжёлые орудия, а также орудия большой и особой мощности — калибром от 203 до 305 мм. Подвергать оборону противника непрекращающимся ударам предстояло и бомбардировочной авиации.

Для штурма укреплений были созданы 26 штурмовых отрядов и 104 штурмовые группы — как из состава стрелковых частей, так и из инженерных войск — десяти инженерно-сапёрных бригад, трёх штурмовых инженерно-сапёрных бригад, двух моторизованных инженерных бригад и одной понтонной бригады.

Кроме того, в штурме участвовали химические войска — 7 отдельных огнемётных батальонов, рота фугасных огнемётов и 5 отдельных рот ранцевых огнемётов. Эти подразделения были распределены по штурмовым отрядам и штурмовым группам.

В штурмовые группы привлекали в первую очередь тех, кто имел за плечами опыт уличных боёв, в частности участников Сталинградской битвы.

Артиллерийские подразделения начали обстреливать крепость 2 апреля, но 6 апреля 1945 года для Кёнигсберга наступил ад. Советская артиллерия обрушила на крепость лавину огня, сметая укрепления противника. Около полудня штурмовые части начали наступление. Согласно плану, основные силы обходили форты, которые блокировались стрелковыми батальонами или ротами при поддержке самоходных орудий, подавлявших вражеский огонь, сапёров, использовавших подрывные заряды, и огнемётчиков.

Немцы сражались отчаянно, цепляясь за свои позиции, но к исходу дня советским частям удалось продвинуться вперед и перерезать железную дорогу Кёнигсберг – Пиллау.

Метод лейтенанта Сидорова

В ночь на 7 апреля гитлеровское командование предприняло попытку перегруппировать силы, дабы оттеснить советские подразделения назад.

В эту ночь эпицентр сражения находился у фортов Шарлоттенбург и Линдорф. Особенно тяжело штурмовым частям пришлось у Шарлоттенбурга — его стены не пробивали даже 246-килограммовые снаряды.

И тут своё веское слово сказали сапёры. Командир сапёрного взвода 175-го отдельного сапёрного батальона лейтенант Иван Сидоров, пользуясь тем, что гарнизон, оборонявший форт, укрылся на нижних этажах, сумел подобраться непосредственно к стенам Шарлоттенбурга. Вместе с бойцами своего взвода Сидоров из советской взрывчатки и трофейных мин соорудил особый заряд, подрыв которого образовал пролом в стене неприступного Шарлоттенбурга. От взрыва погибли несколько десятков гитлеровцев, а ворвавшийся через пролом внутрь штурмовой отряд в рукопашной схватке окончательно подавил сопротивление защитников форта.

«Метод Сидорова» немедленно был применён и к другим фортам Кёнигсберга, в результате чего они стали переходить в руки советских войск один за одним.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1945 года лейтенант Иван Сидоров был удостоен звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

Подвиг младшего брата

Решающим днём штурма стало 7 апреля. После падения Шарлоттенбурга немцы провели серию контратак, пытаясь переломить ситуацию. В бой были брошены все имеющиеся резервы.

Несмотря на это, к вечеру части Красной армии продвинулись вперёд ещё на 3–4 километра, заняв 130 кварталов. Под контроль советских войск перешла северо-западная часть города.

Многие немцы стали понимать, что сражение проиграно. Не обращая больше внимания на приказы командования, немецкие солдаты начали сдаваться в плен.

Наступающие штурмовые отряды заняли порт, вокзал, ряд важных промышленных объектов и окончательно отрезали Кёнигсберг от группировки гитлеровцев на Земландском полуострове.

В боях за Кёнигсберг отличился младший брат Зои Космодемьянской Александр. Батарея самоходных артиллерийских установок ИСУ-152 под командованием старшего лейтенанта Космодемьянского своим огнём проломила стену одного из фортов. Самоходчики вместе с пехотой ворвались внутрь и заставили гарнизон форта в составе 350 человек капитулировать. Было захвачено 9 танков, 200 автомашин и склад с горючим. За этот подвиг старший лейтенант Александр Космодемьянский был представлен к званию Героя Советского Союза. Высокое звание было ему присвоено, но, увы, посмертно — 13 апреля Александр Космодемьянский погиб в бою. Ему было 19 лет…

Смертный приговор и 25 лет лагерей

8 апреля немцы были отброшены к центру города. Маршал Василевский обратился к коменданту Кёнигсберга с предложением о капитуляции.

Однако Отто фон Ляш это предложение отверг. В ночь на 9 апреля гитлеровские части предприняли попытку вырваться из Кенигсберга, но потерпели неудачи. Утром наступление советских войск возобновилось.

Желающих продолжать драться с немецкой стороны оставалось всё меньше. Десятки тысяч мирных немцев, остававшихся в подвалах домов, хотели одного — чтобы этот кошмар прекратился.

После войны генерал фон Ляш в своей книге написал: «К концу всё чаще стали поступать сведения, что солдаты, укрывшиеся вместе с жителями в подвалах, теряют волю к сопротивлению. Кое-где отчаявшиеся женщины пытались вырывать у солдат оружие и вывешивать из окон белый флаг, чтобы положить конец ужасам войны».

К вечеру 9 апреля в руках советских войск были северо-запад, запад и юг Кёнигсберга, немцы продолжали удерживать позиции в центре и частично на востоке города. В 21:30 Отто фон Ляшу был передан новый ультиматум советского командования. Поколебавшись, комендант Кёнигсберга отдал приказ о прекращении сопротивления.

10 апреля над башней «Дона», одним из последних очагов гитлеровского сопротивления, был поднят красный флаг.

Отто фон Ляш не зря колебался — после того, как в Берлине были получены известия о падении Кёнигсберга, на его родных обрушились репрессии. В тюрьму бросили его жену и дочерей, зятя, командовавшего батальоном, отозвали с фронта и передали в руки гестапо. Самого генерала Гитлер заочно приговорил к смертной казни.

Впрочем, для находившегося в советском плену фон Ляша этот приговор не значил уже ничего. А вот приговор советского суда, признавшего Отто фон Ляша виновным в военных преступлениях, значение имел — генерала получил 25 лет лагерей, из которых в лагере под Воркутой отбыл десять.

После этого ему разрешили вернуться в ФРГ, где он написал воспоминания о собственном героизме и зверствах Красной Армии — достаточно типичный для потерпевших поражение гитлеровских военачальников случай.

Освобождение Кенигсберга

Судьбы и подвиги

Пять салютов для 1-го танкового корпуса

В составе 3-го Белорусского фронта в Инстербургско-Кенигсбергской наступательной операции принимал участие 1-й танковый корпус, которым командовал генерал-лейтенант В.В.Бутков. Наступление фронта на этом направлении началось 13 января 1945 года. К моменту начала операции корпус находился в оперативном резерве фронта и ожидал сигнала к выступлению на направлении главного удара для развития успеха. Однако в связи с мощным отпором противника на этом участке фронта направление удара корпуса было перенесено. Перед танкистами Буткова была поставлена задача прорвать оборону и развивать атаку в районе шоссе Раутенберг-Жиллен.

18 января 1945 года 1-й танковый корпус начал наступление на территории Восточной Пруссии. Каждая танковая бригада из состава корпуса действовала на своем направлении. Маршрут движения 89-й танковой бригады полковника Андрея Иосифовича Соммера предполагал форсирование реки Инстер и выход к городу Жиллен.

После того как линия обороны противника была прорвана, машины бригады ринулись к Грюнвальде. Этот населенный пункт был быстро занят подразделением Соммера после охватывающего маневра. В то время как бригада нанесла удар с юга, в обход Грюнвальде с запада ударил 2-й танковый батальон Александра Трофимовича Удовиченко. Стремительный танковый натиск во многом решил дальнейшую судьбу наступления.

Уже к вечеру первого дня танки 89-й бригады вышли к берегу реки Инстер. В авангарде соединения двигался 3-й танковый батальон старшего лейтенанта Виктора Ивановича Кожихина, который первым переправился через реку и вышел к шоссе Тильзит-Гумбиннен. Войсковая колонна противника, следовавшая в это время по шоссе, и без того подвергалась частым налетам наших летчиков. Когда же она была неожиданно атакована и танкистами Кожихина, то гитлеровцы окончательно потеряли самообладание и были уничтожены. Захват важной транспортной артерии имел для неприятеля серьезные последствия. Его войсковая группировка была рассечена надвое, а наши части получили возможность для прорыва в самое сердце вражеского укрепленного района.

Понимая всю важность этого объекта, противник контратаковал наши подразделения при поддержке артиллерии, но это его не спасло. Вновь отличился танковый батальон Кожихина, который обошел с северо-востока позиции вражеской артиллерии и подавил огнем и гусеницами две ее батареи. Стремительный натиск наших войск заставил противника начать отступление. Бригада, вырвавшись вперед, сбивала заслоны противника, состоящие из танков и самоходных орудий, уничтожала его живую силу и технику. Танки бригады Соммера с ходу захватили Жиллен и заняли оборону. Вскоре на помощь 89-й бригаде подтянулись другие подразделения 1-го танкового корпуса.

Цель, поставленная перед корпусом на первом этапе, была с успехом выполнена, что подтвердило правильность решения о переносе направления его удара. Была прорвана мощная глубоко эшелонированная неприятельская оборона, а вражеские группировки в результате рассекающего удара были лишены возможности взаимодействия. Корпус овладел крупными опорными пунктами противника Куссен и Марунен, освободил около 30 населенных пунктов, уничтожил 18 орудий, 14 бронетранспортеров, порядка 100 автомашин, более 1000 повозок с военными грузами и 2,5 тысячи солдат и офицеров. Успех соединения в наступательных действиях в Восточной Пруссии был отмечен в приказе Верховного Главнокомандующего №231 от 19 января 1945 года. А Москва озарилась двадцатью салютами из двухсот двадцати четырех орудий в честь этой победы наших войск.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector