6 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Герой войны: Как лучший танковый ас СССР уничтожил 52 немецких танка » Военные люди

Советский танковый ас Дмитрий Лавриненко уничтожил 52 немецких танка

Танковые асы — это феномен Второй мировой войны, в которой масштабы использования бронетехники в бою достигли своего исторического пика. Немецкая военная концепция «Блицкриг» («молниеносная война») основывалась на ключевой роли быстрых танковых ударов. Успешные наступательные кампании 1939—1941 годов доказали полное превосходство немецкой танковой школы и бронетехники над любым европейским противником.

В эти годы и появляется в вермахте полуофициальное звание танкового аса. В танковые войска оно пришло из военно-воздушных сил.

Однако с самого начала в употреблении термина «ас» применительно к тому или иному танкисту было много условностей. Во-первых, командир танка не в одиночку выполняет свою задачу. И более того, вражеский танк поражал обычно наводчик орудия, а не командир машины. Во-вторых, еще больше трудностей возникало при документировании уничтожения танка противника. И рядовые танкисты и командующие частей панцерваффе были заинтересованы в увеличении в отчетах количества ущерба, нанесенного врагу. В-третьих, большинство задокументированных немецких танковых асов приходится на последние годы войны — 1943—1945. В это время основу панцерваффе составили тяжелые танки «Тигр» и «Пантера», которые некоторое время существенно превосходили все аналогичные по классу машины противников Германии.

Самым эффективным немецким танковым асом Второй мировой войны считается фельдфебель Курт Книспель, воевавший на Pz. IV, Tiger I и Tiger II. Официально за ним признается 168 подбитых танков. Несмотря на то, что до своей гибели в конце апреля 1945-го он успел повоевать и на Восточном, и на Западном фронте, все уничтоженные им танки были советскими.

За ним в тройке лидеров немецких танковых снайперов следуют уберштурмфюрер СС Мартин Шройф (161 победа) и ныне здравствующий обер-лейтенант Отто Кариус (150 побед). А вот легендарный гауптштурмфюрер СС Михаэль Виттман является пятым в списке асов и уступает с 138-ю подбитыми танками капитану Гансу Бёлтеру, который подбил всего на одну машину больше.

Виттман показал себя классным танкистом еще на Курской дуге в 1943-м, но легендарным его сделало участие в обороне Нормандии после высадки там англо-американских союзников в июне 1944 года. В знаменитом бою у Виллер-Бокаж Виттман продемонстрировал полное превосходство «Тигра» над танками союзников. Ему удалось сковать действия 7-й бронетанковой дивизии англичан. Только за 15 минут боя он уничтожил одиннадцать танков, два противотанковых орудия и тринадцать бронетранспортеров. Виттман погиб в августе 1944 года, но документально его гибель удалось подтвердить только после обнаружения останков в 1983 году.

Всего же 17 немецких танкистов уничтожили более ста танков противника. Еще 31 немецкий танкист записал на свой счет свыше пятидесяти сгоревших машин противников.

Показатели советских танковых асов гораздо скромнее. Так, в красноармейских танковых частях за всю войну так и не появилось ни одного танкиста-снайпера, кто смог бы записать на свой счет свыше ста немецких танков.

Абсолютным рекордсменом является гвардии старший лейтенант Дмитрий Лавриненко. Ему довелось повоевать всего два с половиной месяца осенью 1941 года. Приняв участие в 28 боях на танке Т-34-57, он уничтожил 52 вражеских танка. Больше ни одному красноармейцу не удалось подбить столько же танков. Погиб Лавриненко 18 декабря 1941 года во время контрнаступления под Москвой.

За ним следует, значительно отставая, герой Советского Союза капитан Владимир Бочковский. Воюя на разных модификациях танка Т-34, ему удалось подбить 36 немецких танков. С 32 уничтоженными танками за ним следует ныне здравствующий Михаил Кученков. В среднем же советские танковые асы за свою карьеру уничтожали по 20—30 немецких танков.

Такие небольшие показатели исследователи связывают прежде всего с невысоким уровнем подготовки советских танкистов, тогда как к качеству техники претензий меньше. В 1941—1943 годах немецкие танкисты любили указывать, что они подбили именно «тридцатьчетверку» или КВ, которые в этот период превосходили по броне и огневой мощи машины Панцерваффе. Но после 1943-го в отчетах все чаще упоминался тяжелый ИС-2, который почти ничем не уступал немецким танкам аналогичного класса.

Источник: Барятинский М. Б. Танковые асы Гитлера — М.: Коллекция; Яуза; Эксмо, 2010; Барятинский М. Б. Советские танковые асы — М.: Коллекция; Яуза; Эксмо, 2008.

Как лучший танковый ас СССР уничтожил 52 немецких танка

Танк Т-34, по общему мнению историков и специалистов, был наиболее удачным среди всех, участвовавших во Второй Мировой войне. А если такой машине везло с экипажем, то враги трепетали. О легендарном танковом асе Лавриненко и его чудесной «тридцатьчетверке» — в этом материале.
Дмитрий Федорович Лавриненко родился в 1914 году в кубанской станице с говорящим названием Бесстрашная. В Красной армии служил в кавалерии, затем окончил танковое училище. Уже там друзья-сокурсники прозвали его «снайперский глаз» за феноменальную точность стрельбы.

С сентября 1941 года Лавриненко числился в 4-й гвардейской танковой бригаде полковника Катукова, где спустя месяц «настрелял» свои первые четыре танка. А ведь вначале ситуация не сулила ничего хорошего. Так, 6 октября недалеко от Мценска немецкие танки и пехота неожиданно атаковали позиции советских мотострелков и минометчиков. Несколько противотанковых пушек было уничтожено, и в результате пехота осталась практически с голыми руками против целой танковой колонны врага.

Узнав о внезапной атаке немцев, полковник Катуков срочно отправил на помощь четыре танка Т-34, командиром был назначен старший лейтенант Лавриненко. Четыре танка должны были прикрыть отступающую пехоту и по возможности тянуть время до подхода основных сил, но все вышло иначе. Из воспоминаний механика-водителя танка Лавриненко старшего сержанта Пономаренко:

Читать еще:  Как русские кормили немцев » Военные люди

«Лавриненко нам сказал так: «Живыми не вернуться, но минометную роту выручить. Понятно? Вперед! Выскакиваем на бугорок, а там немецкие танки, как собаки, шныряют. Я остановился. Лавриненко — удар! По тяжелому танку. Потом видим, между нашими двумя горящими легкими танками БТ немецкий средний танк — разбили и его. Видим еще один танк — он убегает. Выстрел! Пламя… Есть три танка. Их экипажи расползаются.

В 300 метрах вижу еще один танк, показываю его Лавриненко, а он — настоящий снайпер. Со второго снаряда разбил и этот, четвертый по счету. И Капотов — молодец: на его долю тоже три немецких танка досталось. И Полянский одного угробил. Так вот минометную роту и спасли. А сами — без единой потери!».

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Фото: РИА Новости www.ria.ru
Как устроен самый массовый танк СССР Т-34
Одним из самых распространенных мифов о Великой Отечественной войне является то, что советские танки повсеместно были слабее и примитивнее танков Германии. Действительно, основной парк советской бронетехники составляли легкие танки и «танкетки», которые ввиду слабости брони и орудия были мало на что способны. Но приближающаяся военная угроза со стороны Третьего Рейха заставила руководство страны и конструкторов задуматься о новых перспективных моделях техники. По данным на 22 июня 1941 года, было выпущено более полутора тысяч новейших танков Т-34 и КВ-1, тех самых «заговоренных» машин, которые проклинали немецкие танкисты. В ситуации с Дмитрием Лавриненко быстрые и подвижные «тридцатьчетверки» буквально растерзали немецкую колонну, которую составляли танки PzKpfw III и PzKpfw IV. Эти немецкие танки — гордость и гроза всей завоеванной Европы — оказались абсолютно бессильны против новейших советских танков. Орудия калибром 37 и 75 миллиметров упорно не хотели причинять вред броне танков под командованием Лавриненко, а вот 76-миллиметровые пушки Т-34 исправно прошивали немецкую сталь.

Но вернемся к нашему герою, ведь бой у Мценска был не единственным подвигом экипажа Лавриненко. Вот например, кто знает, как посещение парикмахерской может обернуться боем в одиночку против целой автоколонны противника? Очень просто! Когда бои за Мценск прошли, вся 4-я танковая бригада отбыла на защиту волоколамского направления. Вся, кроме танка комвзвода Лавриненко, который пропал в неизвестном направлении. Прошел день, два, четыре и только тогда к товарищам вернулась заблудшая машина вместе со всем экипажем, да не одна, а с гостинцем — трофейным немецким автобусом.

История, которую поведал командир взвода взволнованным однополчанам, была удивительна. Его танк был оставлен на сутки для охраны штаба по распоряжению полковника Катукова. По истечению суток танк своим ходом попытался нагнать бригаду по шоссе, но оно было переполнено техникой, и всякого рода надежды успеть вовремя пришлось оставить. Тогда экипаж решил свернуть в Серпухов и там заглянуть в парикмахерскую. Уже здесь, во власти ножниц и помазков, наших героев нашел красноармеец. Забежав в цирюльню, он попросил танкистов срочно прибыть к коменданту города. Там оказалось, что Серпухов через несколько часов окажется во власти немцев, если, конечно, не случится какого-либо чуда. Таким чудом мог оказаться экипаж Т-34.

«Тридцатьчетверка», замаскированная ветками и павшей листвой, практически полностью сливалась с окружающим пейзажем лесной опушки. Поэтому можно было легко заманить немецкую танковую колонну как можно ближе, а уже потом, начав обстрел и посеяв панику, приступить к уничтожению врага.

Танкисты расположились в засаде и вскоре на дороге показались мотоциклы и танки противника. Началось. Подбив первую и последнюю машину в колонне, Т-34 стал петлять по дороге, попутно давя орудия и технику противника. Сказать, что немцы были ошеломлены — не сказать ничего. За несколько минут были подбиты шесть танков, уничтожено несколько орудий и автомашин, противник обращен в бегство. Наградой Лавриненко за эту операцию стал штабной немецкий автобус, который он с разрешения коменданта и привез с собой в часть.

Не раз еще экипаж демонстрировал свою находчивость. Так, 17 ноября в бою около села Шишкино Т-34 Лавриненко уничтожил шесть машин противника, выгодно используя местность. Танк был предусмотрительно выкрашен белилами и на свежем снегу был совершенно невидим. Двигающаяся колонна танков противника неожиданно превратилась в груды металла, а «тридцатьчетверка» моментально скрылась в лесу. На следующий день танк лейтенанта подбил еще семь танков, правда, и сам был поврежден, кроме того, погибли механик-водитель и радист.

Во время битвы около села Горюны 18 декабря 1941 года Лавриненко подбил свой последний, 52-й, танк. Сразу после боя он побежал с докладом к начальству и по трагической случайности был убит осколком разорвавшейся рядом мины.

Дмитрий Федорович Лавриненко является лучшим танкистом-асом СССР Великой Отечественной войны. Количество уничтоженной им техники просто поражает. Если за два с половиной месяца он смог уничтожить пятьдесят два танка, то сколько бы он смог настрелять, если бы не нелепая смерть?

Звание Героя Советского Союза им было получено лишь спустя 49 лет, в 1990 году.

Спланировать и уничтожить: секрет самого результативного танкиста ВОВ

В конце сентября 1941 года немцы взяли Киев. Рухнул советский Юго-Западный фронт. К ноябрю немцы могли быть в Москве. Отражать наступление врага было практически нечем. На счету были каждая пушка и каждый танк.

В это время Дмитрия Лавриненко вместе с другими танкистами отправили в тыл — под Сталинград, где под командованием полковника Катукова формировалась 4-я танковая бригада.

В первых числах октября 1941 года две танковые дивизии вермахта резали подбрюшье Брянского фронта. Немцы двигались из Севска через Орловскую область прямо на Москву. Столкновение с отлаженной, как часы, танковой группой Гудериана не сулило бригаде полковника Катукова ничего хорошего. Немецкие танки поддерживались артиллерией и пехотой. С неба их прикрывала авиация.

Читать еще:  От Советского Информбюро: 16 апреля 1945 года » Военные люди

«Катуков сделал вывод, что в лобовые атаки с немецкими танками лучше не вступать, потому что пожжешь танки, а у немцев все продумано», — говорит научный сотрудник Государственного музея обороны Москвы Кирилл Дряннов.

«Был постулат: «Танки с танками не воюют, с танками воюет противотанковая артиллерия». А там все было понятно, то есть, конечно, там было, как говорится, «не до жиру, быть бы живу», никто тогда не задумывался, в 1941-м, кто должен воевать с немецкими танками. Кто был — тот и воевал. Если в данной ситуации ничем, кроме танковой бригады, нельзя было заткнуть фронт, значит, закрывали танковой бригадой», — объясняет военный историк и писатель Михаил Барятинский.

У села Первый Воин оборону держал мотострелковый батальон, усиленный противотанковыми пушками. Но на него надвигалась настоящая танковая армада немцев. Колонна танков втянулась в лощину и приступила к методичному уничтожению нашего батальона. Пехоту нужно было выручать.

Группа Дмитрия Лавриненко из четырех танков Т-34 выдвинулась из рощи навстречу врагу. Было заранее решено действовать, используя тактику подготовленных маневренных засад. При лобовом ударе бригада была бы просто раздавлена.

Огромным преимуществом танка Т-34 в этой ситуации была его маневренность и проходимость по вязкому грунту, насыщенному осенней влагой. В октябрьскую распутицу там, где наши танки летели стрелой, немецкие, как правило, застревали.

«У немецких танков было достаточно высокое удельное давление, то есть вроде бы и масса у них была относительно невелика, но гусеницы были узкие. И они просто элементарно буксовали, поэтому они старались держаться дорог», — объясняет Михаил Барятинский.

«Тридцатьчетверки» Лавриненко подоспели, когда советские противотанковые орудия были уничтожены, а немецкие танки начали давить и расстреливать пехоту. Избегая подхода на близкую дистанцию, наши танкисты открыли огонь по врагу. Постоянно меняя огневые позиции, появляясь в различных местах, четыре «тридцатьчетверки» производили впечатление действий большой танковой группы.

«Немцы с таким принципом применения танков вообще не сталкивались. Для них нормально было наступать на пехоту и подбивать танки при встречных каких-то боях, когда танки идут на танки. Немецким танкам помогает и противотанковая артиллерия, и авиация, и ручные противотанковые средства. То есть танки немецкие даже в наступлении были защищены в общем-то. А тут они столкнулись вообще с невиданным принципом применения танков. Вот вроде бы их нет, а потери несут немецкие танки, а стрелять не по кому, потому что цели нет. Вот он выстрелил и спрятался», — говорит старший научный сотрудник Орловского военно-исторического музея Валентин Чернега.

В этом бою экипаж лейтенанта Лавриненко уничтожил четыре немецких танка, экипаж старшего сержанта Антонова — семь танков и два орудия, экипаж сержанта Капотова — один танк, экипаж младшего лейтенанта Полянского — три танка и четыре мотоцикла. Выживших советских пехотинцев танкисты посадили на броню и вывезли с разбитых позиций. Взвод Лавриненко потерь не имел.

После боев под Мценском 4-я танковая бригада полковника Катукова была переброшена под Москву на Волоколамское направление. И тут Лавриненко едва не попал под трибунал.

Вечером 19 октября 1941 года бригада прибыла на станцию Чисмена в 100 километрах от Москвы. А утром 20 октября выяснилось, что по дороге пропал один из танков бригады — «тридцатьчетверка» командира взвода лейтенанта Дмитрия Лавриненко.

«Дело в том, что бригада уже перебрасывалась, а штаб 50-й армии попросил оставить один танк для охраны штаба. И был оставлен танк Лавриненко», — рассказывает Валентин Чернега.

С момента, как танк Лавриненко был придан штабу 50-й армии, прошло уже четверо суток.

«Штаб 50-й армии танк Лавриненко практически сразу же отправил за бригадой. То есть посчитали часами позже, что он не нужен. И он пошел своим ходом. Естественно, наши войска отступали, дороги были забиты всевозможными войсками, и догнать свою бригаду он не смог», — объясняет Чернега.

Катуков и начальник политотдела старший батальонный комиссар Деревянкин звонили повсюду, но следов найти так и не смогли. Это было ЧП.

В полдень 20 октября 1941 года к штабу бригады в поселке Чисмена подкатила «тридцатьчетверка», а вслед за ней немецкий штабной автобус. Люк башни открылся, и оттуда как ни в чем не бывало выбрался Лавриненко, а следом члены его экипажа — заряжающий рядовой Федотов и стрелок-радист сержант Борзых. За рулем штабного автобуса сидел механик-водитель старший сержант Бедный.

На Лавриненко набросился разгневанный начальник политотдела, требуя объяснений. Вместо ответа тот вынул из нагрудного кармана гимнастерки бумагу: «Командир машины Лавриненко Дмитрий Федорович был мною задержан. Ему была поставлена задача остановить прорвавшегося противника и помочь восстановить положение на фронте в районе города Серпухова. Он эту задачу не только с честью выполнил, но и геройски проявил себя. За образцовое выполнение боевой задачи Военный совет армии всему личному составу экипажа объявил благодарность и представил к правительственной награде. Комендант города Серпухова комбриг Фирсов».

Понимая, что нагнать бригаду ему не удастся, Лавриненко позволил экипажу короткую передышку в Серпухове.

«А тут с запада к Серпухову через поселок Высокиничи пробился авангард немецких войск. А комендант — комбриг Фирсов — получил приказ оборонять город. А у него был только истребительный батальон, набранный из рабочих, из молодежи. В общем-то и необученные. И тут кто-то из этих солдат сказал, что возле парикмахерской стоит танк Т-34, танкисты бреются», — говорит Чернега.

Лавриненко получил указание срочно прибыть к коменданту города. Тот сообщил: по шоссе из Малоярославца на Серпухов идет немецкая колонна численностью до батальона. Сил, необходимых для обороны, в городе нет. Комбриг Фирсов понимал, что отдать танкистам приказ он не имеет права, но экипаж Лавриненко был в тот момент единственной силой, способной защитить целый город.

Читать еще:  Немцы с криками «Kosaken!» бросились врассыпную

«Это не наступление было, шла просто дозорная немецкая колонна: мотоциклисты, штабные машины. Танков там не было. Лавриненко быстренько собрал свой экипаж, выдвинулся как раз к этому поселку, очень хорошо замаскировал свой танк», — объясняет старший научный сотрудник Орловского военно-исторического музея Валентин Чернега.

В роще у деревни Высокиничи Т-34 Дмитрия Лавриненко встал в засаду. Через несколько минут на шоссе показалась немецкая колонна. Впереди мотоциклы, потом штабная машина, три грузовика с пехотой и противотанковыми орудиями.

Подпустив немцев на 150 метров, Лавриненко расстрелял колонну в упор. Два орудия были сразу же разбиты, третье немецкие артиллеристы пытались развернуть, но танк Лавриненко выскочил на шоссе и врезался в грузовики с пехотой, а затем раздавил орудие.

Вскоре подошла пехотная часть и добила растерянного противника. Экипаж Лавриненко сдал коменданту Серпухова 13 автоматов, шесть минометов, десять мотоциклов с колясками и противотанковое орудие с полным боекомплектом. Штабную машину забрали в бригаду. Ее своим ходом и довел пересевший из «тридцатьчетверки» механик-водитель Бедный. В автобусе оказались важные документы и карты, которые полковник Катуков немедленно отправил в Москву.

Такой бой можно было считать везением, воинской удачей, но только не в случае Лавриненко.

«Лавриненко занимался подготовкой боя, то есть не просто наорал: «А пошли там, сейчас мы их шапками закидаем!» Нет, он бой готовил», — говорит военный историк и писатель Михаил Барятинский.

Самый результативный советский танковый ас Великой Отечественной войны Дмитрий Лавриненко погиб 18 декабря 1941 года. При этом за два с половиной месяца он успел принять участие в 28 боях, в ходе которых уничтожил 52 вражеских танка.

Почему Лавриненко удавалось одерживать победы, когда другие терялись в бою с превосходящими силами противника? И каким образом на фоне неразберихи и поражений начального этапа войны он придумывал и применял победную тактику? Смотрите новый выпуск программы «Легенды армии» на телеканале «Звезда».

Герой войны: Как лучший танковый ас СССР уничтожил 52 немецких танка » Военные люди

Далее вас ждет история Героя СССР Михаила Федоровича Борисова, который в годы Великой Отечественной войны сумел в одиночку подбить 8 вражеских танков. Борисов остался единственным выжившим из батареи, но, не смотря на это, он сумел дать достойный отпор врагу, остановив его дальнейшее продвижение.

Во время сражения под Прохоровкой сержант Борисов предотвратил фланговый удар по 5-й танковой армии, подбив восемь танков противника. 12 июля 1943 года в районе железнодорожной станции Прохоровка в 56 км к северу от Белгорода наступавшую танковую группировку немцев остановил контрудар советских войск. Армейская группа генерала Кемпфа и 5-я гвардейская танковая армия генерала Ротмистрова схлестнулись во встречном сражении. Однако за день до этого немцы заняли исходные позиции для захвата Прохоровки. Вероятно имея разведывательные данные о присутствии советских танковых резервов, германское командование предприняло действия по отражению неизбежного контрудара советских войск. С этой целью 3-я танковая дивизия СС «Totenkopf» бригадефюрера СС Макса Зимона расширила плацдарм на северном берегу реки Псёл, сумев переправить на него 3-й танковый полк, чтобы нанести фланговый удар по советским танковым силам. Однако на пути этого полка встала одна батарея из состава 58-й мотострелковой бригады подполковника Болдырева из состава 2-го танкового корпуса генерал-майора Попова. В составе этой батареи на должности командира расчёта служил сержант Михаил Борисов. Батарея была вооружена 76-миллиметровыми пушками ЗиС-3.

Атака противника началась с карусели пикирующих Юнкерсов. Сделав, в общей сложности 50 заходов и отбомбившись по установленным на открытом поле макетам, Юнкерсы улетели, и вслед за ними появились 19 немецких танков с непривычным силуэтом. «Тигры», — разнеслось по батарее. Это была 9-я рота 3-го танкового полка СС.
Командир батареи, бегая от пушки к пушке, умолял солдат не стрелять раньше времени. Дело в том, что при всех положительных качествах ЗиС-3, она имела малую дальность прямого выстрела, и на расстоянии более 600 метров попасть из неё в танк было сложновато. Лишь когда танки приблизились на 500-метровую дистанцию, командир подал команду «Огонь!». После первых же выстрелов загорелись две вражеских машины. «Эти хвалёные Тигры, оказывается горят», — понял Михаил.
Однако ответным огнём всего за несколько минут боя Тигры расстреляли всю батарею. Из 28 человек остался только один Михаил Борисов.
Немцы уже докладывали об уничтожении батареи, но тут уничтоженная батарея огрызнулась. Борисов вёл огонь в одиночку.
За 17 минут боя из 17 тигров он подбил семь. Восьмой танк он остановил в 60 метрах от своей позиции. Не имея времени навести прицел по уязвимому месту, Борисов выстрелил по лобовой броне Тигра. Танк не загорелся, но внутри у него что-то испортилось, и он остановился как вкопанный. Однако ответным выстрелом он сумел разбить пушку Борисова. Раненый сержант вынужден был прекратить бой. Немецкие же танкисты, полагая, что при дальнейшем продвижении их ждут новые сюрпризы, также отказались от идеи флангового удара по атакующим частям нашей танковой армии, который, не окажись на пути немцев отважного артиллериста, мог коренным образом изменить ход сражения под Прохоровкой.

К моменту награждения он стал старшим сержантом, а 58-я мотострелковая бригада стала 28-й гвардейской. В госпитале военные хирурги обнаружили у бойца три серьезные раны. Придя в себя, Михаил вновь стал рваться на фронт. Буквально через неделю, и когда немного улучшилось самочувствие, он, скопив пакетик черных сухарей, сбежал, забинтованный, без документов, в поисках своей воинской части.

После войны Борисов служил в МГБ, потом в обычной милиции, а с 1962 года занялся литературной деятельностью. Из под его пера вышло 25 поэтических сборников, за которые он получил четыре литературных премии. Умер Михаил Фёдорович Борисов 9 марта 2010 года. Похоронен на Троекуровском кладбище в Москве.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector