0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Герои войны: Памяти 30 танковой дивизии » Военные люди

Один в поле воин: как Николай Сиротинин остановил танковую дивизию фашистов

Середина июля 1941 года. Воспользовавшись слабостью советской обороны, фашисты прорвали фронт под Могилевым в нескольких местах.

Им удалось захватить неповрежденным мост через реку Удога. Немецкое командование стремилось к быстрейшему взятию Кричева. Техника 35-го полка 4-й танковой дивизии вошла в Чериков — последний населенный пункт перед Кричевым. Фашисты рассчитывали окружить отступающие части советских войск и предотвратить их отвод на новую линию обороны.

На рассвете 17 июля 1941 года колонна немецкой техники 4-й танковой дивизии генерала Вилибальда фон Лангермана подошла к мосту через речку Добрость близ деревни Сокольничи в четырех километрах от Кричева.

Подразделения Красной Армии приняли решение оставить артиллерийскую засаду у моста — 45-миллиметровое противотанковое орудие с боекомплектом в 60 снарядов.

На небольшой возвышенности в густой ржи у колхозной конюшни был вырыт артиллерийский окоп и две ниши – для бронебойных и осколочно-фугасных снарядов. С этой позиции хорошо просматривались Варшавское шоссе, речка и мост.

Первым номером расчета засадного орудия стал сам командир артиллерийской батареи. Вторым вызвался уроженец Орловской области, командир орудия сержант Николай Сиротинин.

Как только техника подошла непосредственно к мосту, по ней был открыт меткий огонь. В результате точных выстрелов был подбит головной танк и бронемашина, которая находилась в середине колонны.

Два немецких танка попытались стащить с дороги горевшую технику, но сами были подбиты следующими меткими выстрелами. Фашисты остановили движение и перешли к обороне.

Они никак не могли определить, откуда ведется огонь. Пушка пряталась в высокой ржи, немцы стреляли наугад. Тем не менее, им удалось ранить командира батареи. Поскольку боевая задача была выполнена, он принял решение отойти в сторону советских позиций. Но Сиротинин отступать отказался. Доподлинно неизвестно, почему он остался. Но вероятнее всего, артиллерист не хотел оставлять неизрасходованные снаряды. Он продолжил бить в самую гущу застрявшей немецкой колонны.

Фашисты выслали разведку автоматчиков-мотоциклистов. Они и определили позицию орудия, открыли по нему огонь. К тому моменту Сиротинин уже израсходовал почти весь боезапас.

От окруживших его автоматчиков Николай отстреливался из карабина. Но остаться в живых у него уже не было шансов. Сержант Сиротинин погиб после почти трехчасового боя. Эта задержка дала его полку время, чтобы закрепиться на новом рубеже обороны.

Немецкое командование решило превратить похороны русского солдата в пропагандистскую акцию – как назидание и пример собственным солдатам. Однако те были в недоумении.

Обер-лейтенант 4-й танковой дивизии Фридрих Хенфельд написал в своем дневнике, позже найденном советскими солдатами: «Три раза стреляли залпами из винтовок. Нужно ли такое преклонение? Все-таки он русский…»

Это и в самом деле небывалые воинские почести, которые фашисты оказали погибшему солдату противника, да еще на виду у местного населения.

Жительница деревни Ольга Вержбицкая позже вспоминала: «Мне, как знающей немецкий язык, главный немец лет пятидесяти с орденами, высокий, лысый, седой, приказал переводить его речь. Он сказал, что русский очень хорошо сражался, и, если бы немцы так воевали, то давно уже взяли бы Москву, что так должен солдат защищать свою Родину — фатерланд».

По воспоминаниям очевидцев, прежде, чем похоронить русского солдата, из кармана его гимнастерки немцы достали так называемый смертный медальон с запиской, кто боец и откуда.

Гитлеровцы еще долго после похорон стояли у пушки и могилы посреди колхозного поля, не без восхищения подсчитывая выстрелы и попадания. Местный житель Иван Кашуро рассказывал, что в щитке пушки были три пробоины, одна довольно большая в нее влезало три пальца. Каска Сиротинина тоже была с пробоиной. Вокруг валялось много осколков и гильз от снарядов.

Во время войны было не до поисков родственников погибшего артиллериста, а после войны истершаяся бумажка из смертного медальона с инициалами бойца затерялась. Вспомнили о подвиге уже в пятидесятых годах, когда журналист Федор Селиванов показал доставшийся ему дневник Фридриха Хенфельда писателю Константину Симонову. В поисках помогали писатель Сергей Смирнов, автор книги «Брестская крепость», маршал Виктор Куликов. Но сдвинуться с места удалось, когда подключился краевед из Кричева Михаил Мельников.

В 1958 году в одном из номеров журнала «Огонек» вышла статья сотрудников архива Министерства обороны СССР «Легенда о подвиге». Тогда страна впервые узнала о Сиротинине. Вот только его героизм еще долго оставался без заслуженной награды. Повод для отказа был формальным — представление должен был подписать непосредственный командир.

Но в 1960 году сотрудники Центрального архива Советской Армии окончательно рассмотрели все подробности подвига, и Николай Сиротинин был представлен к ордену Отечественной войны I степени посмертно. Награды пришлось ждать еще пять лет.

В 1961 году у шоссе возле деревни Сокольничи установили памятник. А вот на родине героя в Орле подвиг Сиротинина долгие годы отмечен не был.

Позже в городе разбили сквер артиллеристов, где установлено орудие ЗиС-2 и памятная табличка с посвящением Николаю Сиротинину. Сквер обустроили на средства, собранные людьми. Пушка тоже куплена на народные деньги и бесплатно отреставрирована местным орловским мастером.

В белорусском Кричеве память Николая Сиротинина чтят до сих пор. Его имя носят школа и пионерская дружина в деревне Сокольничи. В краеведческом музее Сиротинину посвящена экспозиция, где есть принадлежавшие ему вещи. И, наконец, есть улица Николая Сиротинина, где боец определен на вечный постой.

Герои войны: Памяти 30 танковой дивизии » Военные люди

Далее вас ждет история Героя СССР Михаила Федоровича Борисова, который в годы Великой Отечественной войны сумел в одиночку подбить 8 вражеских танков. Борисов остался единственным выжившим из батареи, но, не смотря на это, он сумел дать достойный отпор врагу, остановив его дальнейшее продвижение.

Во время сражения под Прохоровкой сержант Борисов предотвратил фланговый удар по 5-й танковой армии, подбив восемь танков противника. 12 июля 1943 года в районе железнодорожной станции Прохоровка в 56 км к северу от Белгорода наступавшую танковую группировку немцев остановил контрудар советских войск. Армейская группа генерала Кемпфа и 5-я гвардейская танковая армия генерала Ротмистрова схлестнулись во встречном сражении. Однако за день до этого немцы заняли исходные позиции для захвата Прохоровки. Вероятно имея разведывательные данные о присутствии советских танковых резервов, германское командование предприняло действия по отражению неизбежного контрудара советских войск. С этой целью 3-я танковая дивизия СС «Totenkopf» бригадефюрера СС Макса Зимона расширила плацдарм на северном берегу реки Псёл, сумев переправить на него 3-й танковый полк, чтобы нанести фланговый удар по советским танковым силам. Однако на пути этого полка встала одна батарея из состава 58-й мотострелковой бригады подполковника Болдырева из состава 2-го танкового корпуса генерал-майора Попова. В составе этой батареи на должности командира расчёта служил сержант Михаил Борисов. Батарея была вооружена 76-миллиметровыми пушками ЗиС-3.

Читать еще:  Советский разведчик смеется в камеру во время его казни

Атака противника началась с карусели пикирующих Юнкерсов. Сделав, в общей сложности 50 заходов и отбомбившись по установленным на открытом поле макетам, Юнкерсы улетели, и вслед за ними появились 19 немецких танков с непривычным силуэтом. «Тигры», — разнеслось по батарее. Это была 9-я рота 3-го танкового полка СС.
Командир батареи, бегая от пушки к пушке, умолял солдат не стрелять раньше времени. Дело в том, что при всех положительных качествах ЗиС-3, она имела малую дальность прямого выстрела, и на расстоянии более 600 метров попасть из неё в танк было сложновато. Лишь когда танки приблизились на 500-метровую дистанцию, командир подал команду «Огонь!». После первых же выстрелов загорелись две вражеских машины. «Эти хвалёные Тигры, оказывается горят», — понял Михаил.
Однако ответным огнём всего за несколько минут боя Тигры расстреляли всю батарею. Из 28 человек остался только один Михаил Борисов.
Немцы уже докладывали об уничтожении батареи, но тут уничтоженная батарея огрызнулась. Борисов вёл огонь в одиночку.
За 17 минут боя из 17 тигров он подбил семь. Восьмой танк он остановил в 60 метрах от своей позиции. Не имея времени навести прицел по уязвимому месту, Борисов выстрелил по лобовой броне Тигра. Танк не загорелся, но внутри у него что-то испортилось, и он остановился как вкопанный. Однако ответным выстрелом он сумел разбить пушку Борисова. Раненый сержант вынужден был прекратить бой. Немецкие же танкисты, полагая, что при дальнейшем продвижении их ждут новые сюрпризы, также отказались от идеи флангового удара по атакующим частям нашей танковой армии, который, не окажись на пути немцев отважного артиллериста, мог коренным образом изменить ход сражения под Прохоровкой.

К моменту награждения он стал старшим сержантом, а 58-я мотострелковая бригада стала 28-й гвардейской. В госпитале военные хирурги обнаружили у бойца три серьезные раны. Придя в себя, Михаил вновь стал рваться на фронт. Буквально через неделю, и когда немного улучшилось самочувствие, он, скопив пакетик черных сухарей, сбежал, забинтованный, без документов, в поисках своей воинской части.

После войны Борисов служил в МГБ, потом в обычной милиции, а с 1962 года занялся литературной деятельностью. Из под его пера вышло 25 поэтических сборников, за которые он получил четыре литературных премии. Умер Михаил Фёдорович Борисов 9 марта 2010 года. Похоронен на Троекуровском кладбище в Москве.

Николай Сиротинин. Как простой парень из Орла остановил танковую дивизию немцев

В преддверии Дня Победы телеканал «Царьград» продолжает рассказывать о героях Великой Отечественной войны, шагнувших в бессмертие. В этом материале – история подвига старшего сержанта Николая Сиротинина, в одиночку остановившего 4-ю танковую дивизию вермахта

В преддверии Дня Победы телеканал «Царьград» продолжает рассказывать о героях Великой Отечественной войны, шагнувших в бессмертие. В этом материале – история подвига старшего сержанта Николая Сиротинина, в одиночку остановившего 4-ю танковую дивизию вермахта

Это был настоящий ад. Больше всего нас удивило то, что против нас бился один-единственный боец. Мы думали, что в нас стреляет целая артиллерийская батарея

– такую запись оставил в своём дневнике 17 июля 1941 года офицер 4-й танковой дивизии вермахта обер-лейтенант Фридрих Фёнфельд. Советские солдаты нашли воспоминания немца летом 1942 года, на месте его гибели под Тулой. Из них и стало известно о последнем бое и подвиге 20-летнего деревенского парня, старшего сержанта Николая Сиротинина.

О Николае Сиротинине известно немного. Родился он 7 марта 1921 года в Орле. По рассказам его сестры Таисии Шестаковой, до войны Николай трудился в родном городе простым рабочим на заводе «Текмаш», где производили станки и запасные детали для текстильной промышленности.

В 1940-м он был призван в ряды Красной армии. По некоторым данным, был легко ранен при авианалёте 22 июня 1941 года и уже через несколько дней после нападения Германии на СССР был зачислен наводчиком орудия в 6-ю стрелковую дивизию. Сиротинин с первых дней войны оказался в самом пекле боевых действий. Его батарее было приказано расположиться у деревни Сокольничи, в четырёх километрах от белорусского города Кричев, чтобы дать достойный отпор врагу у реки Добрость. Местные запомнили Николая сразу. Парень выделялся своим стремлением всем помочь, часто шутил и всех подбадривал.

Я – рабочий из Орла, и к физическому труду мне не привыкать. Мы, орловские, работать умеем

– так, по воспоминаниям жительницы деревни М. И. Грабской, говорил о себе Сиротинин.

«Николай был очень вежливым, всегда помогал пожилым женщинам доставать воду из колодца и в других тяжёлых работах», – рассказывала другая обитательница Сокольничей Ольга Вержбицкая.

В начале июля 1941 года полк Сиротинина получил приказ спешно отступать. 4-я танковая дивизия группы Гудериана под командованием генерала танковых войск барона фон Лангермана уже приближалась к Кричеву. Отход нашей артиллерийской батареи по приказу командира полка необходимо было прикрыть. Выполнить задание вызвался старший сержант Сиротинин. Ему предстояло задержать немецкие танки на мосту через реку Добрость, а затем догнать своих.

«Хорошо помню вечер перед боем. На бревне у калитки дома Грабских я увидела Николая Сиротинина. Он сидел и о чём-то думал. Я очень удивилась, что все уходят, а он сидит», – вспоминала потом Ольга Вержбицкая.

Сиротинин расположил 76-мм пушку и боекомплект из 60 снарядов возле колхозной конюшни, на холме. Позиция оказалась выигрышной: во-первых, с этого места хорошо просматривались шоссе, речка и мост, а во-вторых, в густой ржи орудия не было видно. Немцы в составе 59 танков и бронемашин с пехотой появились 17 июля на рассвете. Николай чётко знал, что для того, чтобы остановить колонну и создать пробку, необходимо подорвать головную и замыкающую машины, что он с успехом и сделал.

Фото: www.globallookpress.com

Первым выстрелом старший сержант остановил танк, который только въехал на мост, а вторым вывел из строя бронетранспортёр в самом хвосте колонны. Фашисты запаниковали. Сиротинин мог спокойно воспользоваться их замешательством и отправиться догонять своих, но он принял решение пустить в ход все снаряды. Один за другим он подбивал немецкие танки. Гитлеровцы не могли понять, откуда ведётся огонь, ведь их разведка не обнаружила в окрестностях советской артиллерии. А тут оказалась засада!

Читать еще:  Баштырков Андрей: " АТАКУЮ ВТОРОЙ ТРАНСПОРТ ПРОЩАЙТЕ ДРУЗЬЯ!"

Немцы пытались стрелять ответным огнём наугад, но всё мимо. Предприняли они и попытку убрать с моста подбитый танк, подцепив его двумя другими. Но и тех очень быстро накрыл огонь бравого русского солдата, подбита была и немецкая бронемашина, пытавшаяся преодолеть речку вброд. Переправа была полностью заблокирована. Для фашистов этот бой, длившийся два с половиной часа, стал настоящим адом. За это время Николай Сиротинин уничтожил 11 танков, 7 бронемашин, 57 солдат и офицеров. Его обнаружили, когда в запасе осталось всего три снаряда. От гитлеровцев поступило предложение сдаться, но в ответ они получили пальбу из карабина. Тогда немецким командованием было принято решение ударить по позиции Сиротинина из миномёта.

Фото: globallookpress.com

Каково же было удивление фашистов, когда на месте они обнаружили лишь одну разбитую пушку и одного погибшего бойца. Они были уверены, что бой ведёт целая батарея. Офицер 4-й танковой дивизии вермахта обер-лейтенант Фридрих Фёнфельд так описал этот момент в своём дневнике:

Полковник сказал: «Если бы такими были все солдаты фюрера, то мы завоевали бы весь мир». Всех поразило, что герой был юнцом, почти мальчишкой. В строю немецких солдат он стоял бы последним на правом фланге. Он произвёл по нам 57 выстрелов из орудия и потом ещё бил и бил по нам из карабина. Рядом с его могилой осталось целое кладбище наших солдат. Он один стоял у пушки, долго расстреливал колонну танков и пехоту, так и погиб. Все удивлялись его храбрости.

Солдаты и офицеры 4-й танковой дивизии вермахта решили с воинскими почестями похоронить Николая Сиротинина на месте его гибели, на берегу реки Добрость. Проводить в последний путь храброго русского солдата немцы позвали местных жителей. Из кармана его гимнастёрки фрицы достали документы и медальон.

Немецкий главный начальник сказал мне: «Возьми этот документ и напиши родным. Пусть мать знает, каким героем был её сын и как он погиб». Тогда стоявший у могилы Сиротинина немецкий молодой офицер подошёл и вырвал у меня бумажку и медальон и что-то грубо сказал. Немцы дали залп из винтовок в честь нашего солдата и поставили на могиле крест, повесили его каску, пробитую пулей. Я сама слыхала, как они долго и восхищённо говорили о подвиге русского солдата, подсчитывая выстрелы и попадания. Часть немцев даже после похорон еще долго стояли у пушки и могилы и тихо разговаривали

(из показаний жительницы села Сокольничи Ольги Вержбицкой от 29 февраля 1960 года).

В 1948 году останки Николая Сиротинина были перенесены в место братского захоронения советских воинов в Кричеве. Ещё через десять лет в журнале «Огонёк» вышла статья о подвиге простого парня из Орла, который в одиночку смог остановить немецкую танковую дивизию. Так о героической гибели Сиротинина узнала и его семья. Как рассказала потом родная сестра Николая Таисия Шестакова, кричевцы долго хлопотали, чтобы её брата представили к званию Героя Советского Союза. Только все старания оказались напрасными.

Для оформления документов обязательно была нужна его фотография, хоть какая-то. А у нас же её нет! У нас была единственная его карточка с паспорта. Но в эвакуации в Мордовии мама отдала её увеличить. А мастер её потерял! Всем нашим соседям принёс выполненные заказы, а нам – нет. Мы очень горевали. Так и не дали Коле Героя. В Белоруссии его подвиг известен. И очень обидно, что в родном Орле о нём мало кто знает,

В 1960 году Николая Сиротинина наградили орденом Отечественной войны I степени. А спустя 30 лет появился портрет героя, который по памяти карандашом нарисовал один из сослуживцев Сиротинина.

Этот парень пробыл на войне всего пару недель, не успел завоевать наград и медалей, но в тот момент, когда немцы уже почувствовали себя хозяевами на нашей земле, он дал врагу достойный отпор и показал пример мужества и доблести простого русского солдата.

У шоссе возле деревни Сокольничи в память о подвиге Сиротинина был установлен памятник, на котором написано:

Здесь на рассвете 17 июля 1941 г. вступил в единоборство с колонной фашистских танков и в двухчасовом бою отбил все атаки врага старший сержант–артиллерист Николай Владимирович Сиротинин, отдавший свою жизнь за свободу и независимость нашей Родины.

Когда сестре Николая Таисии Шестаковой журналисты задали вопрос, почему именно её брат вызвался прикрывать отступление своих, она ответила: «Он не мог поступить иначе».

Уничтожить 22 танка за 30 минут. Подвиг танкиста Колобанова (9 фото)

За месяц до этого, — 20 августа 1941 года экипаж танка, которым командовал 30-летний Колобанов, уничтожил в одном бою 22 немецких танка. Всего же за этот день 5 танков роты Колобанова подбили 43 вражеских танка. Кроме того, были уничтожены артиллерийская батарея, легковая машина и до двух рот гитлеровской пехоты.

Это произошло как раз в те дни, о которых сложилось прочное мнение: советские войска в начале Великой Отечественной войны только отступали, не оказывая врагу серьезного сопротивления. Геройские свершения Зиновия Колобанова и его подчиненных призваны развеять этот миф – Красная Армия билась летом 1941 года с фашистско-немецкими захватчиками изо всех сил.

Приказ комдива: «Стоять насмерть!»

В конце августа 1941 года 3-я танковая рота Колобаева обороняла подступы к Ленинграду в районе города Красногвардейска. Каждый день, каждый час был «на вес золота» — из северной столицы эвакуировались военные предприятия и мирное население. 19 августа З. Колобаев получил личный приказ от командира дивизии: перекрыть три дороги, которые ведут к городу со стороны Луги, Волосово и Кингисеппа. Защитить три дороги пятью танками – с эти мог справиться только он. Танкист к тому времени прошел финскую войну, трижды горел в танке, но каждый раз возвращался в строй.

Танки «Климент Ворошилов» КВ-1 против немецких Pz.Kpfw.35(t)

Танки «Климент Ворошилов» КВ-1 против немецких Pz.Kpfw.35(t)

Именно на такой машине воевал Колобанов.

Позиция тяжело танка КВ-1 Колобанова находилась на высоте с глинистым грунтом, на расстоянии около 150 м от развилки дорог, около которой росли две березы, получившие название «Ориентир №1», и примерно в 300 м от перекрестка, обозначенного «Ориентир №2». Длина просматриваемого участка дороги около 1000 м, 22 танка легко размещаются на нем при походной дистанции между танками 40 м.

Читать еще:  19 декабря 1939 г. был принят на вооружение танк Т-34

Выбор места для ведения огня по двум противоположенным направлениям (такая позиция называется капонир) объясняется следующим. Противник мог выйти на дорогу на Мариенбург либо по дороге от Войсковиц, либо по дороге от Сяськелево. В первом случае пришлось бы стрелять в лоб. Поэтому капонир был вырыт прямо напротив перекрестка с таким расчетом, чтобы курсовой угол был минимальным. При этом пришлось смириться с тем, что расстояние до развилки сократилось до минимума.

Танк КВ-1 с повреждениями.

Около 14:00 20 августа после безрезультатно завершившейся авиаразведки, которую провели немцы, по приморской дороге на совхоз Войсковицы проследовали немецкие разведчики-мотоциклисты, которых экипаж Колобанова беспрепятственно пропустил, дождавшись подхода основных сил противника. За полторы – две минуты, пока головной танк преодолевал расстояние до перекрестка, Колобанов убедился, что в колонне нет тяжелых танков, окончательно составил план боя и решил пропустить всю колонну до развилки (Ориентир № 1). В этом случае все танки успевали пройти поворот в начале насыпной дороги и оказаться в пределах досягаемости его пушки. В колонне двигались лёгкие танки Pz.Kpfw.35(t) немецкой 6-й танковой дивизии (в других источниках также называются 1-я или 8-я танковые дивизии).
Подбив танки в голове, середине и в конце колоны, Колобанов не только заблокировал дорогу с обоих концов, но и лишил немцев возможности съехать на дорогу, ведущую на Войсковицы.
Во вражеской колонне возникла страшная паника. Одни танки, пытаясь скрыться от губительного огня, лезли под откос и там вязли по башни в болоте. Потом и они были сожжены. Другие, пытаясь развернуться, натыкались друг на друга, сбивая гусеницы и катки. Перепуганные экипажи, выскакивая из горящих машин, в страхе метались между ними. Большинство из них попадали под пулеметный огонь.

За 30 минут боя экипаж Колобанова подбил все 22 танка в колонне. Из двойного боекомплекта было израсходовано 98 бронебойных выстрелов. После боя на КВ-1 Зиновия Колобанова насчитали более сотни попаданий.

Представить к награде!

Сразу после этого танкового сражения, закончившегося полной победой советского оружия, в газете «Красная звезда» появилась заметка о подвиге танкиста Колобанова.

А в архивах Министерства обороны сохранился уникальный документ – наградной лист Зиновия Колобанова.

Лист 1 страницы.

В нем подтверждается информация о количестве подбитых танков, но, пожалуй, самое главное, — Зиновия Колобанова и всех членов его экипажа за проявленные в победоносном бою мужество и героизм были представлены к званию Герой Советского Союза. Но высшее командование не сочло, что подвиг танкистов заслуживает столь высокой оценки. Зиновия Колобанова наградили орденом Красного Знамени, Андрея Усова — орденом Ленина, Николая Никифорова — орденом Красного Знамени, а Николая Родникова и Павла Киселькова — орденами Красной Звезды.

После подвига

Ещё три недели после боя под Войсковицами рота старшего лейтенанта Колобанова сдерживала немцев на подступах к Красногвардейску в районе Большой Загвоздки. За это время 5 танков Колобанова уничтожили три миномётных батареи, четыре противотанковых орудия и 250 немецких солдат и офицеров.

Танк КВ-1

13 сентября 1941 года Красногвардейск был оставлен частями Красной Армии. Рота Колобанова была опять оставлена на самом важном в тот момент рубеже – она прикрывала отход последней войсковой колонны на город Пушкин.

15 сентября 1941 года старший лейтенант Колобанов был тяжело ранен. Ночью на кладбище города Пушкин, где танки заправлялись топливом и боеприпасами, рядом с КВ Зиновия Колобанова разорвался немецкий снаряд. Танкист получил осколочное ранение головы и позвоночника, контузию головного и спинного мозга.

Война для Зиновия Колобанова закончилась.

Его отправили на лечение в Травматологический институт Ленинграда, в тот самый город, который танкист так успешно оборонял. До наступления блокады северной столицы, герой-танкист был эвакуирован и до 15 марта 1945 года лечился в эвакогоспиталях № 3870 и 4007 в Свердловске. Но летом 1945 года, восстановившись после ранения, Зиновий Колобанов вернулся в строй. Ещё тринадцать лет он служил в армии, выйдя в запас в звании подполковника, затем много лет жил и работал на заводе в Минске.

С женой и сыном.

В начале 1980-х годов на месте боя под Войсковицами было решено поставить памятник. Зиновий Колобанов написал письмо министру обороны СССР Дмитрию Устинову с просьбой выделить танк для установки на постамент, и танк был выделен, правда, не КВ-1, а более поздний ИС-2.

Однако сам факт того, что министр удовлетворил просьбу Колобанова, говорит о том, что о герое-танкисте он знал, и подвиг его под сомнение не ставил.
Почему не герой? На вопрос: «Почему герою-танкисту Колобанову ни в годы Великой Отечественной войны, ни после ее окончания так и не было присвоено звание Герой Советского Союза?» есть два ответа. И оба они кроются в биографии танкиста Зиновия Григорьевича Колобанова.

Первая причина — после войны журналист «Красной Звезды» А.Пинчук опубликовал информацию, что якобы за прорыв линии Маннергейма Колобанов З.Г. стал Героем Советского Союза (в начале марта 1940 года получил Золотую Звезду и орден Ленина) и ему присвоили внеочередное звание капитана. Но за братание его подчинённых с финскими военнослужащими после подписания Московского мирного договора от 12 марта 1940 года Колобов З.Г. был лишён и звания, и награды, документальных сведений, подтверждающих получение Колобановым З.Г. звание Героя Советского Союза за участие в Финской войне, нет.

Вторая причина — 10 декабря 1951 года Колобов был переведён в Группу советских войск в Германии (ГСВГ), где проходил службу до 1955 года. 10 июля 1952 года З. Г. Колобанову присвоено воинское звание подполковник, а 30 апреля 1954 года Указом Президиума Верховного Совета СССР награждён орденом Красного Знамени (за 20 лет выслуги в армии).

В это время из танкового батальона в английскую оккупационную зону дезертировал советский солдат. Спасая комбата от военного трибунала, командарм объявил Колобанову З.Г. о неполном служебном соответствии и перевёл его в Белорусский военный округ. В советское время наличие в биографии даже одной из перечисленных причин было вполне достаточно для того, чтобы отказать в присвоении звания Героя Советского Союза. Зиновий Колобанов ушёл из жизни в 1994 году, но ветеранские организации, общественники и историки по сей день предпринимают попытки добиться присвоения ему звания Героя России.

В Гатчинском районе Ленинградской области, там где воевал Зиновий Колобанов в 1941 году, был организован сбор подписей под обращением с просьбой удостоить героя-танкиста заслуженной им в самом начале Великой Отечественной войны высокой награды посмертно. В год 70-летия Победы, по мнению общественности, это было бы вполне логично и уместно.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector